Сияние Хаоса — это мрачная поэма о старом звездочете, который пытается понять тайны космоса, но вместо света находит только хаос. Старик-звездочет терзается своими бесконечными исследованиями и неожиданно открывает древние тома, которые ведут его по неведомым путям звездного неба и глубин человеческой души....
Я молча раздумывала над ситуацией, пока из водоворота мыслей меня не вытянул голос монаха.
– Хель, теперь тебе стало лучше? После того, как узнала, что та девочка ни в чем не виновата. – спросил Тиль, поравняв своего скакуна с моим.
– Лучше? – перевела я на парня мрачный взгляд. – Тиль, полгода из моей жизни только что обратились шуткой. У меня был враг, с которым я собиралась расправиться, но оказалось, что меня обвели вокруг пальца. Кто бы за этим всем ни стоял, он совершенно точно не знал о моей связи с Гильдией, без которой я никогда не нашла бы дочку хеджистанского графа и не узнала правды.
Три всадника в молчании проделали оставшийся до замка путь. Двое из нас находились на пороге принятия важного решения, и только третий не имел сомнений. Он просто следовал за своей госпожой, куда бы ни собиралась привести его эта дорога. Но до того, как мы вернемся, я должна прояснить один момент:
– Тиль, ты принял решение?"
"– Да, Солнце.
– ... и хреново проходимы. – вставил свое мнение Бин, скривившись. – Подохнешь ни за что, вот и весь сказ.
– Ты меня недооцениваешь, брат. – вдруг дерзко ухмыльнулся парень.
– Глупо и смело. – вздохнула я, проведя пальцами по гриве коня. – Когда тебя убьют, не вздумай приходить ко мне. Я крайне плоха в некромантии. Ну и Единому своему привет передавай. Тоже пусть не вздумает в гости заглянуть – прибью к демонам. А теперь...
Натянув поводья, я остановила скакуна. Тиль поравнялся со мной и непонимающе вскинул брови.
– Чтобы ни случилось дальше, помни, что я тебя предупреждала. Никогда не забывай, что главное – выжить. И пусть твоя вера слабее моей силы, но все же ты сумел помочь. Теперь ты свободен, Тиль. Я тебя отпускаю. – взмахнув рукой, я направила в парня сгусток темной энергии. Он впечатался в шею, но кожи не коснулся. Вспыхнул багровыми символами ошейник подчинения, проявляясь, а после осыпался черным пеплом.
