В глубинах Колорадо, где солнце прячется за вершины гор, существует отель, настолько загадочный и пугающий, что лишь воображение его создатель. В книге "THE SHINING" Стивена Кинга персонажи и сам мир вокруг них существуют исключительно в его беседах с читателем.
Она открыла книгу и погрузилась в чтение. Табло с надписью «НЕ КУРИТЬ» погасло. Холлоран смотрел на скрывавшуюся под облаками землю и думал, все ли в порядке с мальчишкой. К этому ребенку он успел удивительным образом привязаться, хотя его родители не вызвали столь же теплых чувств.
Оставалось молиться, что они сумеют защитить Дэнни.
Глава 43
Выпивка за счет заведения
Джек стоял в зале ресторана рядом с низенькими дверцами «Колорадо-холла», склонив голову, вслушиваясь и чуть заметно улыбаясь.
Он мог ощущать, как вокруг постепенно оживает отель.
Трудно сказать, каким образом ему удавалось улавливать это, но он предполагал, что здесь имеет место нечто подобное вспышкам предвидения, которые время от времени случались у Дэнни… Яблоко от яблони… Кажется, так говорят?"
"Нет, в прямом смысле слова он ничего не видел и не слышал, хотя ему казалось, что еще лишь усилие – и он преодолеет этот тончайший барьер восприятия. Словно другой «Оверлук» лежал всего в нескольких дюймах от реального мира (Если вообще существовала такая штука, как «реальный мир», подумал Джек), но постепенно это расстояние сокращалось.
Все пережитые отелем эпохи сошлись сейчас вместе, за исключением одной – нынешней эпохи, которую можно назвать «эпохой Торрансов». Но и она очень скоро вольется в общий ряд.
Он действительно уже почти слышал призывные трели звонка на стойке регистрации, звавшие коридорных помочь с вещами заселявшимся в отель мужчинам, одетым по моде двадцатых годов во фланелевые брюки, которые стояли рядом с покидавшими гостиницу джентльменами в двубортных костюмах в тонкую полоску, какие носили в сороковых. На диванчике у камина три монахини дожидались, чтобы поредела очередь на выписку, а прямо рядом с ними стояли элегантно одетые Чарльз Грондин и Вито Джиенелли, с бриллиантовыми булавками на бело-голубых галстуках, и тихо обсуждали между собой прибыли и потери, жизни и смерти.
