Автор
Начало дождливых сезонов превращает базу в таинственный мир, где солдаты забывают о буднях, прячашься среди болотных зарослей и подбирая шипохвостов. Но каждый вздох обреченности лишь усиливает мечты о свободе, как в старых посланьях: что имеем – не храним, потерявши – плачем. Джим чувствует шаги маршрутизатора - время идет, и пора выходить из этой сказки....
Они с Декстером повернулись и пошли по коридору, громыхая по полу монтажными ботинками.
– Эх! – Трикс в отчаянии махнул рукой и поспешил назад в рубку. В трюме стояли несколько видеочипов, если бы чужаки попытались пролезть в него, Трикс мог бы их увидеть. Но пока экран был чист."
"Впрочем, диверсанты могли пустить «змейку» – мину-ползунок, такую не сразу заметишь, даже если знать, где искать. Она могла спрятаться в любую щель, а потом рвануть так, что борт вывалится в космос. Однажды техник в команде коллеги Трикса совершенно случайно нашел в топливном фильтре такую вот свернувшуюся «змейку».
Этот заправочный терминал внесли в «черный список», но никаких акций против него не проводили. Как показала практика войны с отделом «Р», правильнее было никак себя не проявлять.
– Сэр, мы их видим… – прозвучал в передатчике голос Ромула.
Трикс крутанулся в кресле и схватился за микрофон:
– Что они делают?
– Пытаются смять угол контейнера. Тот стал раком, и ни туда, ни сюда.
– Что такое «раком»?
– Ну… нараскоряку. Короче, у него нештатное положение.
– Ага, – буркнул Трикс, решив позже выяснить значение малознакомых слов. – А они не могли сделать это специально?
– Не похоже, чтобы специально, уж больно крепко сел этот контейнер…
Трикса это не успокоило. Он напряженно посматривал на «фонарь» перевалочного терминала, пытаясь по виду дежурного определить, кто он – обычный увалень или агент управления «Р», натасканный на коварных диверсиях.
Раздался скрежет, потом что-то ухнуло.
– Что там, Ромул?
– Поставили контейнер на место… убираются…
– Уф-ф. – Трикс перевел дух. – Посмотрите там после погрузки, чтобы на борт ничего…
– Сделаем, сэр.
Лампочка на панели управления погасла, конвейер заработал, и снова на контрольном экране стали сменять друг друга адреса почтовых отправлений. Это продолжалось еще четверть часа, затем застрекотало печатающее устройство, выдав длинную ленту цифровой бумаги.
– Свободны, «Арктур»! Счастливого пути! – сказал дежурный.
– И вам всего хорошего, – ответил Трикс. Ему не верилось, что все обошлось.
Отошли от шлюзов погрузочные рукава, бортовые перегородки начали вставать на место, их контрольные лампочки зажигались на панели одна за другой.
