Автор
Начало дождливых сезонов превращает базу в таинственный мир, где солдаты забывают о буднях, прячашься среди болотных зарослей и подбирая шипохвостов. Но каждый вздох обреченности лишь усиливает мечты о свободе, как в старых посланьях: что имеем – не храним, потерявши – плачем. Джим чувствует шаги маршрутизатора - время идет, и пора выходить из этой сказки.
– Извините, сэр, но вы так много знаете! – простодушно поразился один из бойцов группы, парень с бычьей шеей и едва умещавшимися в рукавах комбинезона бицепсами."
"– Слишком много для вояки? – Капитан улыбнулся, ему было приятно это замечание. – Я не всегда хотел быть капитаном в этих окопах, солдат, когда-то я окончил университет и преподавал детишкам компьютеры и домашнее программирование.
Они помолчали; приглушенные толстыми стенами, снаружи прозвучали новые залпы.
– Ну, если я ответил на все ваши вопросы, мне пора. – Капитан поднялся, надел шлем и едва уловимыми, отработанными до автоматизма движениями затянул крепления бронежилета.
Все находившиеся в блиндаже повскакивали на ноги.
– Да, чуть не забыл самое главное – рассказать, где получать питание. Это по основному проходу направо и второй поворот направо. Отправите двоих, скажете, для командировки – там знают. Отхожее место – по основному проходу налево и первый поворот налево.
В абсолютной тишине капитан застегнул перчатки и дал последний совет:
– Если встретите здесь женщин, у нас тут имеются две крали, лучше их не лапать, потому что одну из них трахает полковник Саппоро, он потомственный параноик и любит пострелять, а вторая – лесбиянка со стальными пальцами. Одного из свободных охотников она отправила в госпиталь пришивать яйца. Ну вот, собственно, и все. Можете прямо сейчас пойти и получить на всех бутерброды.
31
Следуя совету капитана, лейтенант Ковальский отправил двоих в кухонный блок, и скоро они вернулись с двумя набитыми бутербродами коробками и большим термосом с кофе. Стопка пластиковых стаканчиков прилагалась.
Когда поделили еду и принялись за поздний ужин, один из кухонных курьеров, рядовой Крок, сообщил, что они видели в кухонном блоке одну из описанных капитаном женщин, но так и не смогли определить, кто это – любовница полковника или лесбиянка.
– Наши мнения разошлись, – под смех товарищей признался Крок.
– Это была розовая, я тебе говорю, – продолжил неоконченный спор напарник Крока. – У нее стрижка, как у мальчишки, и вообще – ни одной плавной линии. Уж я этой публики насмотрелся, у меня под домом была парикмахерская, которую держала старая лесбиянка и весь штат работников были лесбиянки. Они часто выходили на улицу покурить и обсудить свои делишки, иногда у них случались драки – из-за любви.
– А я однажды был на Таврилате, в знаменитом городе геев – Флоритауне, – признался сержант Логан, допивая свой кофе.
