В темном зале затаилась только что прибывшая в новую реальность девушка. Её взгляд скользил по комнате в надежде найти хоть какой-то знак успокоения среди проклятых зеленых глаз, как вдруг она заметила лохань с водными следами, явно свидетельствуя о недавнем пребывании умертвий....
Это ты уверен, что она тебя слушается, всем остальным это неизвестно. Исследований в данной области не было, и ни один ректор не захочет подвергать опасности адептов или преподавателей.
«А может, мне, наоборот, следует продемонстрировать гаярду?» – мелькнула безумная мысль. На какой-то миг я представила, как это здорово, что меня могут не принять в Сарун. Ни тебе военной подготовки, ни сливок высшего общества. Мне бы найти Академию попроще…
И как назло, перед глазами всплыло лицо Тени и его серебристые глаза. Как только до него дойдет известие о гаярде, я тут же стану объектом его пристального внимания.
– Или гаярда может оставаться в форме браслета, – предложил лорд Тагуан. – Такая форма им не присуща, и это объяснит легкий магический фон, что исходит от нее. Назовешь браслет семейным артефактом. Только гаярда должна будет в такой форме и оставаться, не подавая никаких признаков жизни при посторонних. В общем, решай сам, – заключил он.
Ух! При таком известии я еле сдержалась, чтобы не скривиться. Мне в прошлый раз хватило, когда лорд в рог трубил. Что он еще придумает, страшно даже представить. Но… надо так надо, протестовать я не решилась.
Глава 14
Эксперимент с ядами мы все же провели.
«Гая, надо найти яд», – мысленно обратилась я к змейке и, беря в руку поочередно каждую емкость, ждала от нее реакции. Те, на которые она реагировала, я отставляла в сторону.
В конце эксперимента лорд Тагуан озвучил неутешительный вывод: яды, в которых есть магическая составляющая, гаярда определяет, а вот яды обычные пропускает.
Потом ему пришла в голову идея, что, даже если я и выпью такой яд, гаярда может вывести его из организма по моему приказу. И предложил попробовать, заверив, что противоядие имеется. Мы с Харном посмотрели на него тяжелым взглядом, и он отступил. «Нет так нет», – разочарованно вздохнул он.
У меня возникло чувство, что для него я как новая игрушка для ребенка, который хочет узнать, на что она способна.
