В мире, где природа кажется холоднее и опаснее обычного, четверо женщин решают спастись от захватчиков, используя ее самые страшные стороны. Элис Рассел — ключевой свидетель, но ее тайны еще больше загадывают остальных участниц группы. В лесных дебрях скрываются опасности и неведомые силы природы, готовые выйти наружу в самый неподходящий момент....
Хотя она не первая и не последняя, кто будет осуждать Марго, вот увидишь. – Кармен оглянулась на закрытую дверь и понизила голос: – Только, пожалуйста, не говори Марго, что я это сказала.
Фальк кивнул.
– Пойду расскажу ей, каков план действий.
Дверь в спальню Марго была открыта, и он увидел ее сидящей на ярко-розовом ковре. Перед ней лежал маленький чемодан с откинутой крышкой. Он был совершенно пуст. Марго пристально смотрела на лежащий у нее на коленях телефон и дернулась, когда Фальк постучал о дверной косяк.
– Мы договорились, что сегодня вы переночуете у Лорен Шо, – сказал он, и Марго взглянула на него с удивлением.
– Правда?
– Только на одну ночь. Она знает, что происходит.
– Ребекка там будет?
– Ее дочь? Вероятно. Вы против?
Марго потеребила кончик чемодана.
– Просто я их давно не видела. Ребекка знает, что случилось?
– Думаю, мама ей расскажет.
Казалось, будто Марго хочет что-то сказать, но она лишь покачала головой."
"– Наверное, так будет честно.
Было что-то в том, как она это сказала.
– Хорошо. Что ж. Это всего на одну ночь, – он махнул на пустой чемодан. – Возьмите что-нибудь из вещей, и мы вас отвезем.
Марго рассеянно протянула руку и вытащила из кучи на полу два кричащих кружевных лифчика. Она подняла их, потом посмотрела на него, наблюдая за тем, как он смотрит на нее. Что-то промелькнуло у нее на лице. Она его проверяла.
Он твердо посмотрел ей в глаза, сохраняя совершенно бесстрастное выражение лица.
– Мы подождем вас на кухне, – сказал он и почувствовал волну облегчения, когда закрыл дверь в приторно-розовую комнату. С каких это пор девочки-подростки так сексуализировались? Неужели они были такими и в его годы? Наверное, подумал он, вот только тогда он ничуть против этого не возражал. В том возрасте многое казалось безобидной шалостью.
День 3-й. Суббота, после полудняВ кои-то веки Бет сожалела, что дождь закончился.
Когда он барабанил по крыше, было сложно разговаривать.
Бет поерзала, чувствуя приступ легкой клаустрофобии. Ей был виден край матраса в другой комнате.
