В мире, где природа кажется холоднее и опаснее обычного, четверо женщин решают спастись от захватчиков, используя ее самые страшные стороны. Элис Рассел — ключевой свидетель, но ее тайны еще больше загадывают остальных участниц группы. В лесных дебрях скрываются опасности и неведомые силы природы, готовые выйти наружу в самый неподходящий момент....
– А вообще нет, – сказала она, засовывая в рот новую сигарету, – знаю. Я ей не нравилась, потому что с чего я должна была ей нравиться? Мне нечего было ей предложить, я была неинтересна. Я не Бри… – она неопределенно обвела рукой всю себя, начиная с землистого лица и заканчивая грузными бедрами. – Элис несложно было испортить мне жизнь и не отказала себе в удовольствии.
– Даже несмотря на то, что там была ваша сестра?
Бет криво улыбнулась.
– Особенно потому, что там была моя сестра. Думаю, в этом-то было самое веселье.
Она зажгла сигарету, прикрывая ее рукой. Ветер взъерошил ей волосы, и она плотнее закуталась в куртку.
– Значит, Элис портила вам жизнь, – сказала Кармен. – Вы пытались как-то постоять за себя? Дать сдачи?
По лицу Бет пробежала мимолетная тень.
– Нет.
– Совсем? Неужели вас это не угнетало?
Она пожала плечами.
– Всегда находится какая-нибудь стерва. Не стоит из-за этого провоцировать конфликт. Тем более с моим условным сроком.
– За что у вас срок? – спросил Фальк.
– Вы не знаете?
– Можем выяснить. Будет проще, если сами расскажете.
Взгляд Бет метнулся к дверям больницы. Она переступила с ноги на ногу и глубоко затянулась, прежде чем ответить.
– Напомните, что вы за копы?
– Федеральная полиция, – Фальк показал удостоверение, и Бет наклонилась поближе, чтобы рассмотреть.
– У меня условный срок за… – она замялась. Вздохнула. – За то, что я сделала Бри.
Они подождали.
– Вам придется рассказать подробнее, – сказала Кармен.
– Да, простите.
Последние слова она выплюнула, словно неприятные на вкус.
– Вы ее ранили? – спросил Фальк.
– Физически нет, не особо, – ответила Бет. – Но ей посреди улицы вломила сестра-близнец, воруя ее вещи, чтобы купить наркоту – так что да. Я ее ранила.
Последняя фраза прозвучала так, будто ей часто приходилось повторять ее у психотерапевта. Она докурила сигарету, но на этот раз не сразу ее затушила.
– Слушайте, честно говоря, я не особо что помню. Я сидела на наркотиках несколько лет, с тех пор как… – она оборвала себя. Провела ладонью по руке.
