Автор
Женщина в юбке и белой рубашке медленно подходит к девушке в кресле, которая испускает дух тerrors. Улыбаясь деликатно, она аккуратно определяет узел волос, а собеседница, словно зверь, цепляется за спинку кресла, отражая страх в ее взгляде. Воздух наполнен напряжением и тайной, готовой раскрыться только тогда, когда женщина начнет свою историю....
Они больше не помнили ни имен, ни фамилий, ни того, кем были раньше. Им давали другие имена – и они считали эти имена своими.
Это они плели мебель, заготавливали для ее производства лозу, выращивали полынь, перерабатывали ее в ткань и шили одежду, содержали и обслуживали пасеку и ферму, делали масло и творог, варили мыло, собирали травы и готовили из них чаи, плели туеса из бересты. Такой труд, естественно, никак не оплачивался, да и жили рабы отдельно от более привилегированных членов Согласия.
Время от времени Яна собирала их и проводила сеансы, чтобы ни у кого не возникло никаких проблесков памяти."
"Послушная толпа, легко управлявшаяся одним движением подбородка, – Яне нравилось свое ощущение от власти над этими людьми, а Игорь всякий раз смеялся и относился ко всему происходившему в Листвяково с презрением. Однако это не мешало ему периодически проверять состояние счета в австрийском банке и с удовлетворением наблюдать за тем, как он пополняется буквально день ото дня.
Ситуация с Дариной дала понять Яне, что Игорь вполне может обмануть ее, кинуть здесь и лишить денег.
Маленькая месть любовнику в виде стертой памяти его «козырной карты» должна была стать предупреждением Зобову – мол, не пытайся меня обмануть, я все равно тебя переиграю.
Ей и в голову не пришло, что план ее он раскусил сразу, потому что, разумеется, нашел в интернете фотографии и Анны Мецлер, и ее сестры, и теперь никто не смог бы убедить его в том, что девушка, называющая себя Майей, делает это по своей воле.
«Ничего, – думал Зобов, наблюдая за тем, как Яна старается убедить его в том, что он ошибся и девушка не имеет отношения к хозяйке комбината, – ничего, дорогая, ты еще об этом пожалеешь. Я больше никому не проиграю, и тебе – в том числе».
Оказалось – проиграла. Но не в игре, не в деньгах, а в том, что он ее все-таки бросил, хоть и таким жутким способом.
Но жизнь продолжалась, она вздохнула и побрела обратно в свой Город Радости, отныне навсегда у нее эту радость отобравший.
ЭпилогПохоронив Владлена, Анна Мецлер занялась реабилитацией сестры, но никакие психиатры девушке не помогли.
Она по-прежнему называла себя Майей и стремилась уйти из дома, чтобы вернуться туда, где ее место, – в Город Радости.
