– С нами обязательно удача будет на вашей стороне, сиор!
– Удача! С такими ловкачами? Я собираюсь потратить свои монеты как-нибудь иначе.
Ливен вздохнул, закашлялся и вытащил у себя изо рта куриное яйцо, с наигранной печалью сказав приятелю:
– Кажется, среди новых друзей мы успели заслужить сомнительную репутацию. И с чего бы это? Пойдем, брат. Натянем рыжие парики да красные носы. Скоро веселить людей.
– Не видела Тэо, сиора?
– Был с Мьи. В последние дни он проводит довольно много времени с этой девчонкой.
– Они оба акробаты, и им есть о чем поговорить. Тебя это беспокоит?
– Лишь в том случае, если ее папаша выскажет недовольство, застав их голыми, и вышвырнет нас до того, как мы окажемся в Талте. Впрочем, может, это даже к лучшему. Мне до реберной боли достало развлекать деревенщин.
– И получать от них цветы и аплодисменты? – В его голосе не проскользнуло даже нотки иронии.
Лавиани зыркнула на него сверху, перевернулась на спину, глядя в небо:
– Ступай себе мимо, Фламинго. Я не в настроении.
– Удачного выступления, сиора.
Она слышала, как он уходит, и думала о том, как забавно шаутты размешали котел с варевом, где плавала ее судьба.
Просто обхохочешься.
Сойка была удивлена, как их приняли. Как своих. Как равных. Никто не косился. Никто не шептался за спиной и не прекращал разговоры, когда она появлялась. Циркачи были открытыми, веселыми и неунывающими людьми. Раньше ей бы это показалось либо странным, либо наигранным, но теперь, после знакомства с Тэо, она гораздо лучше понимала их.
Их жизнь не являлась карамельной дорожкой, но они держались вместе, оставались семьей и конфликты, если те и возникали, старались гасить в самом начале. Труппа «Радостного мира» знала друг друга уже много лет и последние шесть путешествовала по Накуну, Лоскутному королевству, Нейкской марке и северу Алагории, давая представления в деревнях и небольших городках, куда обычно не заезжали крупные и известные артисты.
Они были маленьким цирком, без звезд и возможности покорять лучшие площади Рионы. Но люди довольствовались тем, что им давала судьба, и не унывали. Вечерами у костра звучал смех и песни. Они рассказывали истории, и Лавиани за те дни, что фургоны двигались на юго-восток, узнала больше сказаний, чем за всю свою жизнь.
Их было девятнадцать, включая четверых детей.
Владелец цирка и бывший силач Ирвис.
Его жена Вьет, дрессировавшая пару собак и умеющая жонглировать.
Карлик Рико, часто выступавший в комических номерах, на подхвате у двух клоунов – Гита и Ливена, развлекавших публику в антракте. Также эта троица помогала жене Рико – Лин – в кукольных представлениях. Впрочем, клоун Ливен за ширмой частенько напивался, и тогда помощи от него было немного.