Автор
Я стояла у высоких каменных перил на балконе своего номера, взирая на размеренную вечернюю жизнь Риги из виденного в окне Старого города. Вечерело, и теплые фонари зажглись, окружая средневековую архитектуру городка сиянием и обволакивая ее величеством и элегантностью. Этот взгляд на Ригу вызывал у меня внутренний кокетливый восторг....
Интеллигент по джентельменски распахнул мне заднюю дверь и я забралась в теплый салон, старательно подвывая и трясясь. Но трясясь по настоящему.
— Как ваше имя? — Геннадий Викторович, севший на передние пассажирское, повернулся ко мне, пока амбал выруливал с подъездной дороги.
— Вика…
— А отчество?
— Евгеньевна.
— Виктория Евгеньевна, я убедительно вас прошу прекратить истерику. Никто вам ничего не сделает, если вы будете вести себя как адекватный человек. В противном случае вы продолжите путь в багажнике.
— Отпустите меня, пожалуйста!.. — искренне попросила я, вытирая слезы.
— Виктория Евгеньевна, про багажник я совсем не шучу. — Он приподнял бровь, глядя мне в глаза и, дождавшись моего сдавленного кивка, вежливо улыбнулся. — Вот и отлично. — Повернулся к водителю и спросил ровно, будто бы ничего из ряд вон не происходило, — чего я там тебе рассказывал-то?
— Про Даньку, что нервы тебе трепет. — Так же спокойно отозвался амбал, будто меня в машине вообще нет и не было.
— Точно. Ну, я у этого лоботряса и спрашиваю, куда он хочет. Никуда, в бизнесмены податься решил, желторотый. Сказал ему, что в ад нырнуть он всегда успеет и раз образование получать не желает, то в армию его отправлю и отмазывать не буду. Он мне, знаешь, что заявил? Что сам договорится. Я посмеялся и сказал, что со сломанной челюстью не особо-то разговаривать получится не то, что договориться. Так что он теперь в отчаянии и грудь колесом не выпячивает.
"— Правда отправишь? — Амбал зевнул, выезжая на трассу, бросил взгляд на кивнувшего Гену и рассмеялся. — Да, ладно, Ген! Ты эту армию видел? Детский сад. Иринкин сын в том году ходил, она надумала квартиру продавать. Сын в ней прописан, нужны его закорючки в бумагах. Приехали они в его часть, им на КПП говорят, мол, ждите, тихий час у них. Тихий час, прикинь! Ладно, ждут в машине. Потом снова на КПП подходят, им говорят, что их роту на концерт отправили, ждите когда вернутся.
— У Адриана связи есть, думаю, попросить, чтобы лоботряса в спецназ под Краснодар отправили. Там, насколько узнал, у них тоже такой себе детский сад, но все же строгого режима. Хоть посерьезнее станет, а то, подозреваю, еще немного и меня опозорит. Тогда я ему точно челюсть сломаю и так уже борзеть начал.
