Автор
В темное утро, когда дождь катится по беcменным улицам Нью-Йорка, особняк в стиле бурильщики на Риверсайд-Драйв выглядит заброшенным и пустым. Внутри не горят лампы и светильники - весь дом словно спрятался под тяжесть веков, ожидая нового времени для своего пробуждения.
Почему он не обнаружил эту информацию по обычным каналам?
Он кликнул по экрану и прочел сопутствующие метаданные. Там было сказано, что физическая копия записки подшита в досье Альберта Барбеччи в архиве нью-йоркской полиции. В заголовке указывалось, что документ был подан сержантом Лумисом Слейдом.
Еще нисколько кликов, и д’Агоста открыл досье Альберта Барбеччи. Барбеччи был мелким гангстером, умершим семь лет назад.
Барбо. Барбеччи. Ошибка при внесении документов. Неаккуратная работа. Д’Агоста покачал головой. Подобная неаккуратность была нехарактерна для Слейда. Лейтенант взял телефонную трубку, заглянул в справочник и набрал номер.
– Слейд, – послышался ровный голос на другом конце провода.
– Сержант? Говорит Винсент д’Агоста.
– Да, лейтенант.
– Мне тут попался на глаза документ по некоему Барбо. Слышали о нем?
– Нет.
– А должны были бы. Вы поместили этот документ не в то досье. Он оказался в досье Барбеччи.
Пауза.
– А-а. Это. Из Олбани, верно? Дурацкая ошибка. Виноват.
– Я бы хотел узнать, как к вам попала эта служебная записка.
– Ее мне дал Энглер, чтобы я отнес в архив. Насколько мне помнится, это дело полиции Олбани, а не наше. И оно не получило подтверждения.
– А почему этот документ вообще попал к Энглеру? Он его запрашивал?
– Извините, лейтенант. Понятия не имею.
– Хорошо. Я сам у него спрошу. Он на месте?
– Нет. Взял несколько дней отпуска и уехал к родственникам на север.
– Ладно, поговорю с ним попозже.
– Всего доброго, лейтенант.
Раздался щелчок: Слейд повесил трубку.
54
– Зачитывайте список ингредиентов, – сказала Марго. – Будем разбираться с ними по очереди.
– Аква вита, – начала Констанс.
Она сидела в библиотеке особняка на Риверсайд-драйв, положив старую тетрадь на колени. Шел двенадцатый час дня. Марго по срочному вызову Констанс бросила работу и приехала к ней. Изящные руки Констанс слегка дрожали от возбуждения, лицо порозовело. Однако она надежно контролировала эмоции.
Марго кивнула:
– Это старое название водного раствора этанола. Можно заменить водкой. – Она сделала запись в своем блокноте.
Констанс вернулась к чтению тетради:
– Дальше идет лауданум.
– Настойка опия. В Штатах ее до сих пор прописывают. – Марго сделала еще одну запись, прищурившись: хотя время шло к полудню, окна библиотеки были зашторены и в комнате стоял полумрак. – Нужно, чтобы доктор Стоун выписал нам рецепт.
– В этом нет нужды. В подвале много лауданума, – сказала Констанс.
– Хорошо.
