Виктория Эргер узнала, что любовь - это не просто чувства, а болезнь. Хотя она считала себя устойчивой к ней, жизнь доказала обратное. Теперь она понимает, что иногда даже сильнейшие специалисты бессильны против этой страшной болезни. Запись от 22.11.365 года, время - 22:36. Уже несколько дней назад Эргер не могла удержаться от смеха при одном слове - "Упс!"...
Он мешал жить, работать и разумно мыслить.
Надсадно дыша, я прикоснулся к груди, не понимая — эта тяжесть от упражнений или от любви?
О чем я вообще думаю? Она дочь генерала, и ты ей не пара. Она вообще не подозревает о твоих снах и чувствах. Эта правда может ее напугать! Как заставить девушку полюбить меня?
Внутри снова поднималась волна любовной мути и снедающих покой чувств, и я опять направился к тренажерам. Мысль о том, что могу заснуть и во сне увижу ее, пугала. Это неправильно. Если сон повторится, завтра могу не сдержаться и наброситься на нее.
И, вцепившись в перекладину, принялся отжиматься. Но что бы я ни делал, легче не становилось. Из душа вышел едва живой и, прислонившись затылком к прохладной стене, прикрыл глаза.
Из-за сложившейся ситуации я принял решение спать как можно меньше, поэтому усталость быстро накапливалась и организм вырубался, чтобы набрать необходимый минимум. Но это не спасало. При моей подготовке измотать себя физически сложно, и даже когда я добился желаемого, сны все равно не отступили.
Пришлось пойти на крайность: я плюнул на угрозу заданию и отправился к профессионалкам своего дела, чтобы сбросить накопившееся желание. Не вышло. Немыслимо! Могло ли быть, что она моя пара? Но я же не кусал ее! А мог брачный период начаться без укуса? Ведь процесс у всех индивидуальный…"
"Если подозрения верны, то у меня серьезная проблема. План по системе Альдебаран придется пересматривать. Досадно, конечно, но других выходов пока не вижу. Возможно, стоит даже привлечь дядю.
Будто уловив мысль, раздумья прервал его звонок. Постарался собраться и скомандовал:
— Принять вызов. Спроецировать изображение.
Передо мной тут же развернулась голограмма Фредерика, который смотрел на меня и молчал. Я начал догадываться, зачем тот связался со мной.
— Алек, ты ничего не хочешь сказать? — наконец спросил дядя.
Вот умеет он начать разговор.
— Все новости по заданию я детально отражаю в отчетах. Что-то не так? — попробовал уйти от ответа.
— Ты ужасно выглядишь.
Я хмыкнул. «Странно» — не то слово. Сам на себя не похож.
— Поэтому я решил лично поинтересоваться, что происходит.
— Я не знаю, — признался, вздохнув.
Говорить правду о своих снах было невыносимо.
— Алек…
— Я не знаю, что тебе сказать. У меня нет точного ответа, что послужило причиной моего состояния.
