Вертолёт медленно падал, и экипаж навстречу неожиданности, борясь за жизнь. В этот момент возможность удержать летательный аппарат появилась в последний раз — правый поворот, стремительная передача педали левой тяги для снятия давления со скалы. Нас подбросило, будто мяч в игре баскетбола. Мгновенно я крикнул команду, готовясь к худшему....
Похоже, «Сирийский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Прицельная марка застыла на головной машине колонны. Чувствую, как сердце синхронно щёлкает вместе с кнопкой триммера.
— Марка на цели. Дальность 6.4. Есть ПР! — доложил Иннокентий о готовности пустить ракету.
— Пуск разрешил! — сказал я, почти не своим голосом, стараясь перекричать громкий сигнал в наушниках.
Только я дал команду, как Кеша нажал у себя на гашетку ПУСК. В тот же миг кабина слегка дрогнула. Ракета с глухим звуком вылетела из направляющей. Гул двигателей смешался с сухим хлопком пуска.
Ракета устремилась к цели, оставляя после себя дымный след.
— Держу. Пилотируй плавно. Плавно… есть! — воскликнул Кеша, когда ракета встретилась с целью.
— Понял. Ухожу влево, — сказал я в эфир.
Тут же и Хачатрян выполнил пуск по замыкающей машине."
"На дороге, будто кто-то вырвал клок из самой земли. Начал набухать огненный пузырь. На глазах он распух и лопнул, отбрасывая вверх глыбы пыли и металла. Головная машина в колонне загорелась мгновенно, как спичка. Несколько человек разлетелись в стороны.
Кеша что-то буркнул непонятное, но я услышал только гулкий стук собственного сердца в груди и пульсацию в висках.
Я продолжал удерживать ручку управления, отклонённую влево. Вертолёт быстро выполнил вираж и сразу же на новый заход. Ощущаю, как пальцы уже мокрые под толщей перчаток.
— Цель справа под 20. Дальность 5.9! — снова доложил Кеша.
— Работай по готовности.
— Понял. Марка… на… цели. Пуск!
Ещё одна ракета устремилась к колонне. Я видел, как тёмная точка приближалась к одному из танков, выдвигающемуся из колонны на рубеж открытия огня. Взрыв и мощный Т-62 мгновенно объят пламенем.
— Влево ухо…дим, — произнёс я прерывисто, пытаясь резко снизиться в развороте.
Со стороны высоты 939 по нам вновь открыли огонь из пулемётов. Как раз в процессе разворота, что затрудняло обнаружение огневой точки.
— 311-й, вправо, после атаки, — громко сказал я, снижаясь к самой земле.
Ещё одна очередь, но просто так уйти не вышло. Несколько снарядов попали по фюзеляжу. Вертолёт тряхнуло. Хвост повело в сторону, но получилось удержаться и не задеть рулевым винтом за склон высоты.
— 302-й, атакуем. Сейчас… погасим, — услышал я в наушниках голос командира наземной группы.
Видимо, они уже подобрались к самой вершине.
Мы проскользнули у самой земли, отстреливая тепловые ловушки. И в этот момент справа что-то вспыхнуло.
