Вертолёт медленно падал, и экипаж навстречу неожиданности, борясь за жизнь. В этот момент возможность удержать летательный аппарат появилась в последний раз — правый поворот, стремительная передача педали левой тяги для снятия давления со скалы. Нас подбросило, будто мяч в игре баскетбола. Мгновенно я крикнул команду, готовясь к худшему....
Похоже, «Сирийский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Два самолёта МиГ-23 на дальнем краю полосы в капонирах дежурного звена превратились в чёрные пятна. Даже фонарь кабины спёкся и сполз в сторону стеклянным бликом. Позади МиГ-23 в воздух поднимался густой дым, пахло горелой резиной, керосином и металлом.
Вокруг суетились люди: солдаты в пыли, пожарные машины с чёрными от копоти бортиками, заливающие водой горящий ангар с обрушавшейся крышей. Там раньше был склад. Теперь же зияла выжженная дыра.
— Они тут как следует прошлись, — заметил Кеша.
Я только кивнул.
— А мы как будто на островке среди пепла, — указал я на нашу стоянку, где не было повреждений.
Я снял шлем и положил его на кресло в кабину. Вокруг стоял запах пожара, который был более густым и въедливым, чем когда-либо.
Пока Кеша ушёл в класс в здании высотного снаряжения, я отправился проведать раненых техников. Двоих ребят уже перевязывал наш фельдшер.
— Разрешите, доктор? — спросил я, заглянув в кабинет медосмотра.
Бойцы в оборванных футболках сидели на койке и спокойно ждали окончания обработки ран.
— Товарищ командир… — начали вставать ребята, но я их остановил.
— Сидите. Вам нужен покой, — махнул я рукой.
— Мы готовы работать дальше, несмотря на ранения, — объяснял один из них с ранением в ногу и руку.
У второго была уже перевязана голова и забинтованы обе руки.
— Благодарю за такое рвение, мужики, — поблагодарил я их.
Фельдшер сказал, что раны не серьёзные, но в госпиталь отправить техников нужно.
Только я вышел из кабинета врача, меня тут же перехватил Могилкин.
— Сан Саныч! Командир! Так нельзя! — возмущался он.
— Конечно, нельзя. Орать, как ты, в присутствии командира может только кот. И то в марте.
— Виноват. Меня отправляют в тыл. Везти раненых. А там в Пальмире…
— Приказ ты от командования получил? — уточнил я.
— Да, но есть же вон ещё два экипажа Ми-8. А вдруг…
— Петруччо, ты приказ получил?
— Так точно.
— Вот и выполняй, дружище, — ответил я и прошёл в направлении класса подготовки.
Не успел я и нескольких шагов сделать, как меня вновь окликнул Могилкин.
— Командир, там в Пальмире… короче, там сейчас всё сложно. Наши войска блокированы. И сирийские вертолёты уничтожены на базе. Сейчас спешно вызывают с Дамаска.
