Вертолёт медленно падал, и экипаж навстречу неожиданности, борясь за жизнь. В этот момент возможность удержать летательный аппарат появилась в последний раз — правый поворот, стремительная передача педали левой тяги для снятия давления со скалы. Нас подбросило, будто мяч в игре баскетбола. Мгновенно я крикнул команду, готовясь к худшему....
Похоже, «Сирийский рубеж 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вижу, как выкатывается на рубеж открытия огня ещё один танк. Выстрел. Волна от взрыва подняла вверх каменную крошку.
— Пуск! — произносит в эфир Кневич, когда я уже вышел из атаки.
В зеркале виден взрыв в том месте, где был танк.
— 302-й, справа! Ориентир — восточная колонная. Два пикапа с зенитками, — предупреждает Байкал, чтобы я не вышел в опасную зону.
Вижу этот восточный пролёт. И там же две машины.
Я развернул вертолёт на цель.
— Атака!
Очередь прошлась по одной из машин, прошивая её насквозь. Вижу, как двоих людей отбросило в стороны.
Взрывом раскурочило машину, но сам строй колонн восточного пролёта выстоял.
Боевики не сдавались. Они знали, что прикрыты символами, и рвались стрелять прямо из ниш храмов.
Ремни сжимали грудь так, что дыхание казалось рваным.
Сквозь дым я пытался рассмотреть обстановку на земле. Правый глаз начал дёргаться, чем жутко нервировал. Колонны, за которыми засели наши бойцы разрушились от разрывов.
— Командир, у нас четыре ракеты. БК пушки на исходе, — доложил Кеша.
— Понял, — ответил я, взглянув на часы.
Прошёл час. Ещё двадцать пять минут и подойдёт следующая пара.
— Тифор, 110-му. Группой вошли в район работы. Выход в точку сброса через две минуты.
Что-то не то происходит. Откуда здесь 110-й? Ведь это группа бомбардировщиков.
— Байкал, 110-й принял. До цели 20 километров.
— 110-й, 302-му. По какой цели работаете? — запросил я, выводя вертолёт из очередного виража.
— Аэродром. Юго-восток города.
Как-то всё странно. Мы ведём бой в Древнем городе, а эта группа появилась откуда «не возьмись».
Пришлось выполнить горку, чтобы пройти над храмом. Ручку отклонил на себя, задирая нос. Небо перед глазами, а стрелка указателя скорости пошла влево.
— Вывод, — объявил я по внутренней связи, отклоняя педаль влево.
Вертолёт развернулся в верхней точке, и взору предстал город. А заодно и в наушниках пошли странные доклады.
— Байкал, я 110-й, меня облучают.
— 117-й, подтвердил. В чём дело⁈
— Продолжает облучать.
Я начал искать глазами то, что могло взять на сопровождение наши самолёты.
— Отбой задачи! 110-й, отбой! Разворот! — прорывался кто-то в эфир.
— Понял, уходим. Но облучают ещё. Где эта установка⁈
Я выровнял вертолёт и поймал взглядом то, что взяло на прицел Ту-22.
В глубине между руин новой Пальмиры, где песок сливался со стенами домов, встал тяжёлый силуэт. И над крышей одного из зданий показались «зубья» — головные части трёх ракет.
