Советский майор Александр Клюковкин оказывается в центре острого конфликта на Ближнем Востоке. Когда США готовятся развязать войну в Сирии, СССР вынужден вмешаться. Герою предстоит участвовать в жестокой битве за небо, где каждое решение может изменить ход истории и стоить жизней.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Используем второй борт, который подбили позавчера, — ответил я и подошёл к старшему инженерной бригады."
"Он мне объяснил, что вертолёт готов, но есть нюансы.
— Саныч, не факт, что пойдёт. Я эту РЛС включал. Барахлит и отказывает, — объяснил мне Занин.
— Ну вам же нужно её испытать. Почему бы не сразу в боевой обстановке? — спросил я.
Моя идея была в следующем. Заявленная дальность обнаружения у бортовой РЛС Ми-28 до 20 км. Борт с этой станцией отводим чуть дальше от района боя и он зависает, выставляя обтекатель антенны выше рельефа. Тем самым вертолёт скрытно может наблюдать за обстановкой на поле боя.
— Рискованно. Если не пойдёт, что делать будем? — спросил Лагойко.
— По старинке. Мы ничего не теряем. Зато может получиться обнаруживать «Апачи» на подлёте.
Занин и его штурман согласились. Иначе, зачем нужна эта РЛС, если она просто место занимает над втулкой несущего винта.
Сразу после нашей беседы, все отправились к Антонине в её медицинский кабинет. На удивление, ей выделили помещение в медсанчасти сирийцев. Полностью она разложиться ещё не успела, но работа у неё кипела. В очереди к ней стояли все техники и лётный состав отдельного вертолётного отряда, который перебазировали из Дамаска.
Пока стояли в очереди, я успел поговорить с их командиром. Естественно, что разговор был о погибших.
— Тела в Дамаск увезли. Сказали, что ночью должны будут отправить на Родину. Быстро, скрытно и без пышного прощания.
— Мы кого-то стесняемся? — спросил я.
— Это мы в Афганистане официально. Здесь не так. Пока ещё.
— И никто из вас не поедет?
Командир отряда отрицательно помотал головой.
Вспомнив, что у меня в кармане фото, которое принадлежит одному из погибших, я достал его.
— На месте гибели нашёл, — протянул я обгоревшее фото.
Командир отряда взял у меня фото, и мы вместе с ним помолчали. У каждого в голове роились свои мысли. Кто знает, возможно, завтра не станет и нас.
Спустя полчаса дошла очередь и до нашей группы. Само собой, что Кеша проявил себя на медосмотре.
Дверь в кабинет была открыта, так что всё было слышно.
— Какой у вас объём лёгких? Или сейчас будешь дышать в спирометр, — пригрозила ему Тося.
— Ну я не помню. Я всегда, когда дышал, он ерунду показывал.
— Хорошо! Ещё раз спрашиваю, сколько вы выдуваете? — нервничала Антонина.
Кеша задумался.
— Так сколько вы, Иннокентий, выдуваете обычно?
— Выдуваю… выдуваю обычно литра 3.
— Может 5? — поинтересовалась Тося.
— Не-а. 5 на свадьбе только смогу. Обычно 3 выдуваю.
