Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда моя пара оказалась в месте остановки колонны, было уже поздно…
— А почему вы не летели звеном? Такую колонну и сопровождает только пара Ми-24⁈ Вы издеваетесь, Малик? — грозно посмотрел на него Борисов.
Главком сирийских ВВС пока был в стороне, но уже был готов сказать своё слово.
— Мы действовали по обстановке. У меня нет столько лётчиков и техники, чтобы обеспечить каждую колонну прикрытием.
Иван Васильевич выдохнул и подошёл к Рафику ближе. Борисов был чуть ниже Малика, но гораздо шире. А в лётном комбинезоне, который был промокшим от пота, выглядел он совсем грозно.
"К Борисову подошёл ещё один сирийский офицер в генеральских погонах и что-то шепнул на ухо. Иван Васильевич кивнул и вернулся к карте, а сирийский генерал продолжил.
— Это была «не каждая» колонна, Малик. Ей был пробит коридор. Ради этого многие сирийские солдаты и офицеры положили жизни, выполняя прорыв на этом участке фронта. Я уже не говорю, что на других направлениях тоже были проведены наступательные действия.
— Я защищал колонну…
— Это халатность, господин подполковник. И очень напоминает трусость. Салех бы такого не допустил. Вы свободны пока что, — высказал недовольство главком, и указал Малику на выход из палатки.
Рафик прошёл мимо Кеши, бросив на меня потерянный взгляд. Не думаю, что вся вина за сгоревшую колонну лежит на нём. Слишком уж чётко сработали Апачи, появившись столь неожиданно.
В палатку вошли ещё несколько командиров сирийских вертолётов. В их числе появились и мои друзья Аси и Диси.
— Саша аль-каид! А мы тут летали над равниной, сопками, над озером. Бам! Бам! — выражал эмоции Аси, совершенно не стесняясь присутствия генералов.
— Да там всё было… как это… в строю, короче, — продолжил Диси, желая сказать, что всё «в порядке».
Борисов поднял голову и сурово посмотрел на говорунов. Аси и Диси явно мешали своими эмоциями.
— Так, парни, тише, — но не так-то просто остановить словесный понос Диси.
— Александр аль-каид, после таких полётов я… ну как вы там говорите… очень много травы съел.
Только я хотел его поправить, за меня это сделал Борисов.
— Охренел? — громко сказал он.
Тут же оторвались от карты и сирийские генералы.
— Точно! Чтоб я без вас… чтоб меня… желаю вам быть большим, господин советский генерал, — повернулся к Борисову Диси, попытавшись сказать ему «здравия желаю».
