Май 1984 года. Торск, Калининская область. Прекрасное утро! Просыпаюсь от шороха в простынях и аромата свежих фруктов. Встреча с милой девушкой из мира постепенно открывает новые горизонты моей жизни на Сирийском рубеже.
Похоже, «Сирийский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
До сих пор руки трясутся, — вытянул ладонь Вазим, которая слегка вздрагивала.
— Всем страшно. Но никто, кроме нас эту работу не сделает, — ответил я, и Вазим, поднявшись с сидушки, вышел в грузовую кабину.
Техники хватались за голову и возносили руки к небу, осматривая вертолёт.
— Как⁈ Почему⁈ Он больше летать не сможет, — возмущался сирийский инженер в очках, показывая на пробоины в фюзеляже.
Тут из-за спины вышел Кеша, который выглядел недовольным.
— Сан Саныч, чего он скулит⁈ Я просто арабского не знаю, а ты знаешь.
— Он не пойдёт туда, Кеша, — ответил я, посмотрев на вертолёт.
Ничего такого, чтобы нельзя было починить или залатать. Несколько пробоин в фюзеляже. Люк на створке рампы был весь в дырках. Лопасти простреляны, а в остальном всё в норме.
— Что теперь мне делать? Кто и как это будет восстанавливать? — продолжал «кудахтать» сирийский инженер.
— Нормально всё, дружище. Во такой вертолёт! — похлопал я сирийца по плечу, показывая поднятый вверх большой палец.
Тут на стоянке появился тот самый сирийский солдат, который утром нас разбудил.
— Господин майор! Вам передали команду — лётчики на КП, — произнёс он последнюю фразу на ломанном русском.
— Сейчас будем.
Времени на разговоры не было. Война идёт полным ходом. Вдолгую Израиль вести бои не будет. Нет у этой страны столько ресурсов, а у Сирии они есть.
Отдав снаряжение и оружие Иннокентию, я отправил его отдыхать в модуль. Как раз и охладится, и расскажет об обстановке остальным. Сам же пошёл на командный пункт.
Пока шёл по стоянке, успел рассмотреть МиГ-23БК, которые смогли прилететь. Повреждения двигателей у некоторых такие, что непонятно, как им это удалось. Вместо сопла — одни обрывки.
В помещении командного пункта суета среди офицеров виделась нормальным распорядком работы. Командир дивизии спокойно принимал доклады об изменении обстановки и новых вылетах. Зуев и вовсе в открытую курил, сбрасывая пепел в маленькую пепельницу.
— Сан Саныч, вы уже прибыли. Это хорошо, — встретил меня Зуев. — И как?
— Жарко и пить хочется.
Салех услышав мои пожелания тут же распорядился принести мне кувшин с водой.
— И матэ ему, — крикнул в вдогонку Малик.
— Это уже лишнее, господин полковник.
— Поверьте, не лишнее. Где нашли израильского пилота? — запросил Салех и я показал ему место на карте.
Пока Малик и Зуев занимались анализом обстановки, я доложил генералу Борисову.
