Автор
В драматичной истории Сиротка в Академии Драконов мы следим за юным учеником-человеком, обреченным стать одной из немногих женщин-магов в этом магическом учебном заведении. Каждое его слово и деяние вызывает сомнения у влиятельных представителей власти, что создает атмосферу напряженности и опасности вокруг главной героини....
- Это еще почему? Ты что, его убил и закопал под одной из этих лип? – и я кивнула на аккуратно подстриженные деревья, с ветвей которых порывы ветра срывали первую желтую листву.
Лукас снова расхохотался.
- А ты забавная, – заявил мне. – Кстати, я понял это намного раньше той рыбы. – Но прежде, чем я успела возмутиться и приказать больше никогда не называть магистра ВарШайлена подобным образом, Лукас добавил: – Роберт Делавей решил убраться из Академии Керна подобру-поздорову.
- И зачем бы ему это было делать?
- Затем, что Равенморы обладают особым даром убеждения.
- То есть ты бил его довольно долго? – нахмурилась я, а Лукас почему-то снова расхохотался.
- Никак не могу понять, – отсмеявшись, произнес он, – и что ты только нашла в этом нари?
- То, чего я никогда не найду в пирате, – парировала я.
Не объяснять же ему, что между мной и магистром ВарШайленом есть только сложное прошлое и одно прикосновение в настоящем?
И ничего я не искала – Кайрен нашел меня сам.
- Логично, – согласился Лукас. – С другой стороны, одно неосторожно произнесенное слово, одна сплетня и… Если посмотреть на любого нари со спины, то сразу же становятся заметны, так сказать, наши с ними видовые различия.
- Если по академии пойдут сплетни, то я тоже расскажу всем одну преинтересную историю, – предупредила его.
Лукас снова рассмеялся.
- Я уже в предвкушении нашего свидания, – заявил мне. – Считаю оставшиеся до него дни и часы.
Затем он ушел, потому что впереди показалось здание библиотеки, а я потащилась внутрь. Заодно думала о том, что пикировка с Лукасом в чем-то мне даже помогла.
Но отдыхать пока еще было слишком рано.
В библиотеке я принялась искать материалы о Веллардах. Их оказалось довольно много – уже скоро на полюбившемся мне столе в дальнем углу читального зала собралась целая стопа из двадцати книг и еще с дюжину фолиантов.
Глаза разбегались, но времени у меня почти не оставалось.
