Автор
В драматичной истории Сиротка в Академии Драконов мы следим за юным учеником-человеком, обреченным стать одной из немногих женщин-магов в этом магическом учебном заведении. Каждое его слово и деяние вызывает сомнения у влиятельных представителей власти, что создает атмосферу напряженности и опасности вокруг главной героини....
Ну что же, от приемных родителей в наследство мне досталась хижина с протекавшей крышей, покосившимся крыльцом и хлипкой дверью – денег на ремонт у меня не имелось. Дверь я тоже почти никогда не запирала, так как брать, по большому счету, у меня было нечего.
Ну, почти… О единственном своем сокровище, спрятанном под скрипучей половицей, на Найрене никто не знал.
Правда, были книги моего отчима Энериха Гордона, за кого мою маму, еще беременную, спешно выдали замуж. А заодно собранные отчимом коллекции насекомых, но на такое воры покушаться бы не стали.
Войдя в хижину, я закрыла за собой скрипучую дверь и даже задвинула засов. Мазнула взглядом по стенам, на которых висели те самые папины коллекции, после чего уселась на кровать и попыталась собраться с мыслями.
Пусть мне было немного тревожно, но будущая поездка в столицу будоражила мое воображение, заодно рисуя меня саму через пять лет по окончании обучения.
И во всех этих картинках я была в облике столичной жительницы.
- Вот что, Шани! – сказала я себе. – Хватит уже витать в облаках! Пора собираться в путешествие. Надеюсь, тот маг не ошибся и я вернусь на Найрен уже после того, как стану великой магиссой Арвена.
Или даже призову своего дракона – а вдруг у меня имеется драконий дар? Ведь тот маг не сказал ничего по существу.
Я еще немного подумала о драконах – как воздушных, так и морских, – но ничего толкового не придумала.
В нашем королевстве их были считанные единицы, а призвать, после чего укротить их дикий нрав, подчинив себе – насколько я читала в учебниках, – было невероятно сложным делом.
Поднявшись с кровати, я принялась складывать вещи, хотя их было всего ничего.
Помимо серого платья я уложила в старый саквояж – хорошо, хоть такой имелся, – пеструю юбку и две блузки: светлую и темную. Также в моем хозяйстве был теплый плащ и шерстяные носки, которые подарила соседка в прошлую зиму.
Ну и две сменных сорочки, и на этом моя одежда закончилась.
Заодно у меня имелась пара заколок, расческа, и… несколько книг по энтомологии, оставшиеся от отчима. Причем одна из них была его собственной, изданной еще в столице.
Не удержавшись, я провела рукой по затертой обложке.
«Жизнь береговых насекомых», гласила она. Автор – Энерих Гордон.
Отчим, которого я звала папой… Он обожал насекомых.
