И вот теперь, когда он наконец-таки спустился с горы и поймал «языка», оказалось, что… святые помидоры, прошло пять грёбаных лет!
Понятное дело, его душе нужно было время, чтобы освоиться и приспособиться к новому телу, но покоиться в земле пять лет, словно какой-то редис — как такое вообще возможно?
Однако же, несмотря на ряд претензий, положа руку на сердце, ему было грех жаловаться — это тело просто переполняла духовная энергия!
В общем-то, если бы не «Неисцелимый», то и изначальное тело Шэнь Цинцю ничуть не уступало бы этому, но теперь, фигурально выражаясь, у него словно бы появилось два аккумулятора — один использующийся и один полностью заряженный — резервный. Проще говоря, вдобавок ко всему, он сам стал чем-то вроде ходячего генератора энергии!
Интересно, можно ли считать это переформатированием?
И знаком того, что теперь он сам сродни главному герою?
Спустя многие годы после первого «перерождения» Шэнь Цинцю наконец-то ощутил себя достаточно компетентным в этой области — теперь он не просто тащился в хвосте череды своих славных предшественников-попаданцев, но и внёс в этот процесс что-то новое!
***
Вынырнув из потока мыслей, Шэнь Цинцю прислушался к болтовне Лу Лю:
— Мне действительно неловко, что Вашей Милости пришлось спасать нас от этой твари. Ума не приложу, как…"
"— Очевидно, это существо из породы тех, что способны принимать облик знакомых людей, подражая их манерам и голосу, — нетерпеливо прервал его Шэнь Цинцю, — однако оно не может войти в жилище без приглашения. Ваш незваный гость явно пожаловал из Царства демонов.
— За последние несколько лет нам всё труднее справляться с их нашествиями, — посетовал Лу Лю. — Какие только твари не проникают в Царство людей, и я опасаюсь, что близится… Ох, боюсь, я забыл спросить имя Вашей Милости!
«А, я — Шэнь Цинцю, мастер Сюя с Центральной равнины…» — по счастью, эти слова не успели достичь гортани, когда он спешно дал им от ворот поворот. Чёрт, это было близко — он чуть не выпалил своё былое имя. Не в силах придумать ничего с ходу, он, мгновение помедлив, произнёс два слова:
— Цзюэши Хуангуа [Непревзойдённый огурец] [19].
Его прошлое истаяло, словно дым [20]. Отныне он больше не ступит на проторенную тропу, используя старый добрый ник, никогда не подводивший его на широких полях литературных сайтов.
Сразу после этого Шэнь Цинцю выскользнул из чайной, оставив полный зал остолбеневших от неожиданности людей.
Спустя некоторое время новоприбывший озадаченно пробормотал:
— Что он сказал? Непревзойдённый… чего?
— Непревзойдённая… Хризантема [хуанхуа] [21]! — догадался Лу Лю.
— А может, Непревзойдённая Корона [хуангуань] [22]? — предположил другой.
— Нет-нет, это определённо Непревзойдённый Полевой Цветок [куанхуа] [23]! — возразил третий.