Тебе, что, кроме членовредительства, никаких других идей в голову не приходит? Тряпки вполне достаточно, так что нет нужды меня калечить."
"Не будь он драгоценным сосудом Ло Бинхэ, с головы которого в промежутке между полнолуниями не должен упасть ни один волосок, Ша Хуалин не колеблясь превратила бы его в кусок кровоточащего мяса. Но, опять же, то, что Ло Бинхэ не желал видеть перед собой даже отдаленное подобие бывшего учителя, вовсе не значило, что вид кровавой истерзанной плоти устроит его больше, так что Ша Хуалин вынуждена была проглотить свой гнев, вместо этого крикнув:
– Ступай!
Что ж, ступай так ступай. В конечном итоге, Шэнь Цинцю было не столь уж важно, куда они идут, так что он не уделял дороге особого внимания. Вместо этого он размышлял о том, что, должно быть, когда Ло Бинхэ наконец-то разберется со своим мечом, кто хозяин на его чердаке, для него отпадет нужда в человеческих сосудах – тогда-то он навсегда распрощается с миром заклинателей. Все, что требовалось от Шэнь Цинцю – это проявлять достаточную бдительность, чтобы его бывший ученик не догадался, что душа учителя улизнула в тело растительного происхождения.
Иными словами, Шэнь Цинцю весьма быстро приспособился к новой роли. Проследовав в разлом, он походя отметил, что самообладания одному из наиболее выдающихся генералов Ло Бинхэ и впрямь не занимать: пара вдохов – и конвоирующая его Ша Хуалин вновь являла собой образец невозмутимости.
– Как тебя звать? – бросила она на ходу.
С другой стороны сотворенного Ло Бинхэ пространственного разлома обнаружилась крытая галерея [6] с украшенными затейливой резьбой стенами, но тусклое освещение мешало толком рассмотреть узор.
И что-то в этом месте определенно показалось Шэнь Цинцю знакомым. Не задумываясь, он бросил:
– Цзюэши Хуангуа.
– Непревзойденный огурец? – недоверчиво пробормотала Ша Хуалин, и тотчас разъярилась: – Смеяться надо мной вздумал?
Чем пристальнее вглядывался в резьбу на стенах Шэнь Цинцю, тем прочнее уверялся, что, хоть он и не видел этого рисунка воочию, он определенно читал о чем-то подобном.
С головой погрузившись в размышления, он попросту проигнорировал Ша Хуалин. Так и не дождавшись ответа, она пригрозила:
– Кем бы ты ни был раньше, теперь, выпив кровь священного демона [7], ты всецело ему подчиняешься! Если вздумаешь вынашивать замыслы против него, то смерть с последующим уничтожением тела станет для тебя благоприятным исходом!
Повернув за угол следом за Ло Бинхэ, они повстречались с несколькими адептами в знакомых желтых одеяниях, и тут-то Шэнь Цинцю осенило: они находились во дворце Хуаньхуа, средоточии власти Ло Бинхэ в Царстве людей!
Правда, это место порядком отличалось от Дворца, каким помнил его Шэнь Цинцю.