Автор
Жан Лабарж оглядывал лес в поисках Роба Уокера, стоя рядом с гигантским кипарисом. Роб должен был уже подойти к Медовому дереву, но Жан задержался на мгновение, опасаясь внезапного разрыва в планах. Лес окутывала тишина, прерываемая лишь отдаленным карканьем ворона. Ветер шелестел высоко в листве, создавая необычайно мистическую атмосферу....
— Виски?
— Да, спасибо.
Роб налил виски.
— За Медовое дерево!
Жан усмехнулся. — За Медовое дерево!
Он разом выпил половину и поставил стакан на стол.
— Всегда о нем думаю. Интересно, кому-нибудь достался весь этот мед?
— Понятия не имею, Жан, но знаю, что ходили разговоры об осушении нашего болота и его вырубке.
— Тогда я не хочу туда возвращаться.
С полчаса они разговаривали на разные темы, затем Роб закурил сигару.
— Ну, ладно, Жан, рассказывай. Расскажи мне о России.
Уже светало, когда Роб вдруг встал.
— Жан, ты устал. Сможешь придти поужинать завтра вечером? — Он посмотрел на часы. — То есть сегодня вечером. Я хочу познакомить тебя со своими друзьями.
— Конечно.
— Тебе следовало предупредить меня о своем приезде. «Уиллард» — это хорошо, но...
— Для меня так лучше. Я обедаю с другом. Ты его, наверное, знаешь. Сенатор Билл Стюарт.
— Из Невады? Слышал, очень способный человек.
— Мальчиком он одно время перегонял скот, а однажды гнал стадо прямо по нашей дороге Милл Крик.
— На чьей он стороне?
— Ты про Аляску? Я уверен, он за покупку. Стюарт перебрался в Калифорнию одним из первых и является убежденным сторонником расширения наших территорий.
— Ты должен познакомиться с Самнером. Он выступает против нас, но в последнее время, по-моему, начинает колебаться. Жан, я хочу, чтобы ты поговорил с ним, я хочу, чтобы ты рассказал Самнеру об Аляске. Насчет Сьюарда можно не сомневаться. Он с самого начала был на нашей стороне, вероятно, раньше меня; пока я собирал сторонников, он служил мишенью для насмешек.
— Пройдет ли это, Роб? Купят ли Аляску?
Уокер пожал плечами.
— Кто знает? Лично я верю, что купят. Я верю, что несмотря на оппозицию, договор будет ратифицирован, но нам придется здорово за него подраться.
Площадь, на которой стоял особняк, была темной и пустынной. Когда за Жаном Лабаржем закрылась дверь, он медленно пошел по городу.
