Автор
Жан Лабарж оглядывал лес в поисках Роба Уокера, стоя рядом с гигантским кипарисом. Роб должен был уже подойти к Медовому дереву, но Жан задержался на мгновение, опасаясь внезапного разрыва в планах. Лес окутывала тишина, прерываемая лишь отдаленным карканьем ворона. Ветер шелестел высоко в листве, создавая необычайно мистическую атмосферу....
— Ты мне напишешь? Расскажешь все, что с тобой будет происходить?
— Напишу... Может быть, мне не скоро встретится почтовый дилижанс, но я обязательно напишу.
Это было его первое прощание, и оно Жану не понравилось. Много позже, сидя под тополем в лагере, который люди, путешествующие вместе с капитаном Хатчинсом, разбили у маленького ручья к западу от Индепенденс и глядя на костер, он вспомнил об этом разговоре. Он скучал по Робу, он скучал по болотам, но скучал он лишь немного, потому что вокруг было так много нового и интересного.
Нельзя сказать, что у него не было неприятностей, поскольку неприятности, кажется, сопровождали его повсюду. Он вспомнил, что говорили остальные члены отправляющейся на запад группы, когда узнали, что с ними едет мальчик. Они яростно и грубо возражали. Но капитан Хатчинс встал перед ними, немного расставив ноги, такой же спокойный, как в то утро, когда он убил Боба Ринга.
— Мальчик идет с нами или не иду я. Думаю, он стоит всех вас, вместе взятых, он будет работать наравне со всеми и добудет пушнины не меньше любого из вас.
Капитану Хатчинсу принадлежала большая часть лошадей, он распределял порох и пули, и остальные понимали, что замену ему будет найти нелегко. В конце концов, все успокоились, кроме одного, и тогда капитан Хатчинс сказал ему:
— Если мне придется выбирать между вами и мальчиком, — сказал он холодно, — я выберу мальчика. Если вам не нравится его компания, я предлагаю, сэр, чтобы вы присоединились к группе, более соответствующей вашему вкусу.
Человек по имени Питер Хоуви, прислонившийся к колесу фургона, сказал:"
"— На твоем месте, Райл Бек, я бы успокоился и сел. Похоже, ты себя переоцениваешь.
Бек сердито посмотрел на него, поворчал, и, пробормотав несколько пустых угроз, замолчал и вернулся к костру.
Капитан Хатчинс повернулся к Хоуви.
— Спасибо. Не дело начинать путешествие с ссоры.
— Точно. Нас и без того ждет немало невзгод, прежде чем мы наберем по первой связке мехов. — Он взглянул на Жана. — Ты траппер, мальчик?
— Я сам добывал себе на пропитание больше четырех лет, продавая меха и травы, — ответил Жан, — но это было в болотах, а не в горах.
— Ты сгодишься, — усмехнулся Питер Хоуви. — По-моему, на тебя можно положиться.
Вот так все началось.
Через несколько дней, когда они двигались на запад, капитан Хатчинс обвел рукой широко раскинувшиеся перед ними земли.
— Один человек, Жан, человек, умеющий предвидеть, дал нам это.
