Автор
Жан Лабарж оглядывал лес в поисках Роба Уокера, стоя рядом с гигантским кипарисом. Роб должен был уже подойти к Медовому дереву, но Жан задержался на мгновение, опасаясь внезапного разрыва в планах. Лес окутывала тишина, прерываемая лишь отдаленным карканьем ворона. Ветер шелестел высоко в листве, создавая необычайно мистическую атмосферу....
Убрать с глаз Поля Зинновия, чтобы его не постигло более суровое наказание, а также поместить его туда, где он принесет им наибольшую пользу.
Она помолчала.
— Знаете, в Росии он считается очень опасным человеком. Он убил нескольких человек на дуэлях. А иногда эти дуэли — совсем не то, чем кажутся. Часто дело не в задетой чести, но просто в том, что какое-то влиятельное лицо хочет избавиться от неугодного человека.
— Допустим, — осторожно произнес Жан, — лицензию не продлят, и не выдадут новую. Что тогда случится с Аляской?
— Кто знает? Может быть, ее продадут, но наверняка не Англии.
Жан снова разжег свою погасшую трубку.
— Думаю, это можно провернуть, если вести переговоры осторожно. Но это будет нелегко. Огромное количество американцев считает Аляску «бросовой землей», которая не стоит ни цента.
Парусник приближался, медленно борясь с сильным течением и ветром. Они наблюдали за кораблем, в то время как день постепенно исчезал, как далекий дым. Скоро наступят сумерки.
— Вы никогда не были женаты, Жан.
Он немного развернул своего жеребца.
— Очень долго я не мог найти девушку, которая бы мне нравилась, а теперь, когда я нашел ее, она оказалась замужем за другим человеком.
— Но ведь есть другие, Жан. Знаете, вы очень привлекательны.
— О, я знал девушек... редко.
— Вы потеряете свободу, а человек, подобный вам, должен быть свободен, чтобы летать высоко и далеко, как орел. Жена может связать вас по рукам и ногам.
Возможно. Возможно также, что брак окажется не таким уж страшным делом.
— Я думала, мужчина всегда стремиться к свободе. Наверное, для мужчины, познавшего свободу, тяжело расставаться с ней.
Он смотрел на корабль.
— Тяжело? С хорошей женщиной любой мужчина устроится достаточно легко. О, конечно! Он будет смотреть вслед пролетающим на юг гусям, или, возможно, как-то ночью он проснется, и, лежа рядом с женой, начнет вспоминать звуки индейских барабанов, или прибой на скалистом берегу, или как звонят колокола в церви.
— Почему?
Корабль теперь убирал паруса, осторожно приближаясь к проливу, потому что не одно прекрасное судно нашло себе могилу в Золотых воротах.
— Потому что он... примет свою судьбу, наверное. Он будет думать о необозримом мире, но не променяет его на дом.
— Но это не для вас. По-моему, вы не останетесь.
