Автор
Жан Лабарж оглядывал лес в поисках Роба Уокера, стоя рядом с гигантским кипарисом. Роб должен был уже подойти к Медовому дереву, но Жан задержался на мгновение, опасаясь внезапного разрыва в планах. Лес окутывала тишина, прерываемая лишь отдаленным карканьем ворона. Ветер шелестел высоко в листве, создавая необычайно мистическую атмосферу....
— Если меня не будет в течение двух недель, возвращайся и освобождай меня. Я буду ждать.
Для человека, который никогда не плавал в этих водах, Лабарж знал о них многое. Куцнаху было подходящим для незаметной стоянки местом.
Корабль мог находиться там несколько недель, и никто его не обнаружит. Когда Лабарж говорил, что знает побережье лучше всех, это могло быть не просто хвастовством.
Обычно у американских кораблей, заходящих в Ситку, не возникало никаких сложностей. Дружба между правительствами зависит от их нужд, а поскольку еда на Ситке часто распределялась, голод был постоянным риском даже на Холме Баранова, где находилась резиденция губернатора.
«Сасквиханна» бросила якорь в девяти саженях от Ченнел Рок. Лабарж был уверен, что на таком расстоянии от порта у него будет фора перед любым судном для выхода в открытое море.
На покрытой снегом прекрасной вершине горе Маунт Эджкамб ярко сияло солнце, его свет струился повсюду: он отражался от двух вершин, которые называли Сестры и на востоке от горы Вестовия. Продвигаясь по фарватеру, Лабарж видел основания замка Баранова, построенного в 1837 году. Эра Баранова была фантастической: маленький человечек с подвязанным париком жесткой рукой правил самыми жесткими людьми в мире, и едва не захватил Гавайские острова.
На Жане был дымчато-серый костюм и черная, испанского стиля шляпа. Его ботинки были сшиты на заказ из лучшей кожи ручной выделки, он был гораздо более похож на калифорнийского ранчера и бизнесмена, чем на капитана корабля и торговца мехами. Он так и рассчитывал."
"С ним в шлюпке, кроме весельной команды, сидели Бен Турк и Шин Бойар.
— Тебе надо будет оглядется, — сказал Жан поляку, — слушай, и, если возможно, задавай вопросы. Я хочу знать все городские слухи, все о деятельности сторожевых кораблей, хочу знать, какие суда заходили в порт, хочу знать условия жизни в городе.
Бойар грустно кивнул.
— Ситка — такое прекрасное место! И это говорю я — человек, который столько здесь выстрадал. — Он махнул в сторону горы Маунт Эджкамб. — Она так же красива, как Фудзияма.
С дюжину зевак наблюдали, как шлюпка подходит к причалу, в их поведении не чувствовалось ни дружелюбия, ни враждебности.
