В библиотеке найти книгу удалось не сразу, огромное собрание фолиантов в хранилище сбивало с толку. Объяснив маркизу как выглядит книга мы стали просто вытаскивать из общей кипы подходящие по описанию и складывать на низком столике из полированной яблони. Прошерстив весь отдел дважды я спустилась с лесенки и начала сортировку книг, нужная никак не находилась, а стопка на столе почти закончилась.
Та, что я искала, в общей куче оказалась предпоследней, черная кожа, ребристая гравировка красным золотом, больше шестиста страниц. Не медля ни квази я раскрыла её и стала судорожно листать. Тристан все это время сидел рядом и зная, как важно мне сейчас сосредоточится, старался не отвлекать. Когда я нашла в тексте то, что искала, тонкие волоски на руках встали дыбом, а по шее и позвоночнику побежали ледяные мурашки. Все проклятья, так или иначе, имели какое-то визуальное проявление, остаточная магия всегда проявлялась на ауре и именно поэтому можно было определить характер заклятья. Очень многое зависело от магической мощи того, кто его наводил. У человека в ауре могло присутствовать только крошечное пятнышко тьмы, или чернота могла обволакивать один какой-то орган, который был слабее другого, или человек просто слабел здоровьем, лишался удачи, терял что-то важное для него. Смертельное проклятье на крови, такой силы как у Тристана в живую я не видела никогда, и в дневнике рода я нашла краткое упоминание о книге, в которой было описание нечто подобного. Я тоже, когда-то давно читала эту книгу, она была одной из тех, что Жан привез мне в самом начале становления дара. Тогда я не особо вчитывалась в главы, а лишь листала картинки, схемы и зарисовки. Теперь же, подробно изучив, и не пропустив ни одного слова я поняла несколько вещей:
Первое — только отдав свою жизнь за возможность проклятия, у ведьмы получилось бы наложить бич такой неведомой силы, оно приносит вред не только тому, кто является его обладателем, но и всем тем, кто рядом.
Второе — заклятье очень древнее, и было наложено давно.
Третье — только один ведьмовской род обладал такой силой. Сейчас их потомков почти не осталось, но ещё триста лет назад они жили в предместьях Альбасетте́, что подтверждает второй пункт.
Когда я поделилась своими выводами с Тристаном, он сказал что в семейных архивах было упоминание об этом крошечном городке, но по какому поводу он не помнит.
— Послезавтра, после празднования Зимника, я отправлюсь в фамильное поместье. Ты хочешь поехать со мной?
Конечно же я хотела.