Автор
В весеннем дожде во дворце Бриджертонов, словно по той же иронии судьбы, сэру Филиппу Крейну предстоит сразиться со славной Элоизой Бриджертон. Не откажешься ли ты в эти февральские дни наедине со странным замешательством?
Живописец изобразил Марину сидящей на диване в красном платье, пышные юбки которого занимали собой едва ли не все пространство картины. На коленях ее сидела Аманда - разумеется, на картине она была младше, чем теперь. Оливер стоял рядом в позе, которую обычно заставляют принять ребенка, - мрачный и серьезный, словно маленький взрослый.
– Она была красивая, - проговорила Элоиза.
Филипп молчал, неотрывно глядя на портрет покойной жены.
“Любит ли он все еще ее? - думала Элоиза. - Любил ли он ее когда-нибудь?”
Она решила, что это совсем не очевидно.
Филипп продолжал стоять неподвижно, и Элоиза смотрела на его профиль.
Филипп обернулся и, встретившись взглядом с Элоизой, явно почувствовал себя неловко и опустил глаза. Элоизе тоже стало не по себе - они с Филиппом стояли футах в десяти друг от друга, но ей странным образом казалось, будто она прижимается к нему всем телом. Элоизе хотелось немного отойти, но она словно приросла к месту.
– Элоиза! - прошептал Филипп так тихо, что она почти не слышала его голоса, а лишь видела движение губ.
И этот едва различимый шепот словно разбил какую-то преграду между ними. Элоизе даже почудилось, что она услышала, как ломается эта преграда, хотя та, разумеется, была нематериальной и звуков производить не могла.
