Автор
Василиса, миллиардер-весельчак и влюбленный в столовую, сидела за столиком на пятом этаже "Rational". Все вокруг смеялись над его шуточками, даже тихая повариха Кира Анатольевна не могла устоять перед его юмором. Василиса была ошеломлена, когда Кирилл Крестовский, казавшийся совершенно противоположным, подсел к ней за столик. Как же это вышло?...
Похоже, «Сюрприз для миллиардера» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Где альбом?
Сразу к делу? Хорошо! Повел Василису вдоль стеллажей, подвел к тому, где стояли фотоальбомы всей семьи. На миг кольнуло не совсем радостными мыслями. Но я постарался о них не думать и выбрал нужный альбом.
— Вот, пожалуйста! Мой дембельский альбом.
— Ой! — удивилась. — Вы не шутили?! Какой вы здесь смешной, когда лысый! — показала пальцем на фото, начала листать. — Картошку чистить умеете!
— Я много чего умею.
Присев на стремянку, рассказал девушке парочку случаев, ставших для меня уже бородатыми, но Василиса слушала с искренним вниманием и смеялась от души.
— Это еще не все! Смотри, вот здесь я…
Наклонился. Запах кожи Василисы сводил с ума, пьянил, мешал мыслить здраво.
— Вот здесь вы что… — с интересом заглянула в дембельский альбом Василиса.
Сдерживаться больше сил не осталось. Я мягко, но решительно забрал альбом из пальцев девушки и прижал ее к книжному стеллажу.
— Крестовский! — выдохнула Василиса. — Опять ваши уловки!
— Почему всегда на “вы” и по фамилии? Небеса не рухнут на землю, если ты назовешь меня по имени, а взамен получишь…
Я многозначительно помолчал.
— Даже не знаю, что ты предложишь, Кирилл, — едва слышно сказала она и отвела взгляд в сторону.
— Еще раз! — потребовал я, крепко зафиксировав подбородок девушки.
— Кирилл…
Вдоль позвоночника пробежал целый табун мурашек и решительно передвинулся вниз. Глаза Василисы привлекательно сверкали в полутьме, она дышала чаще обыкновенного и смотрела на меня. Иначе, чем всегда. Словно когда я приоткрылся ей немного, как обычный человек, а не мачо, это привлекло ее куда больше, чем все остальное.
Я наклонился, медленно, по сантиметру приближаясь к губам девушки. Она могла отказаться, отодвинуться, хлестнуть по лицу пощечиной или двинуть коленом в пах. О да, возможностей остановить меня и предотвратить поцелуй было немало, но… Она не сделала ничего из этого, просто опустила вниз дрожащие, пушистые ресницы, как бы молчаливо соглашаясь с тем, что могло бы произойти и немного приподняла лицо вверх, словно приглашая.
Приоткрытые губы манили. Я едва коснулся ее губ своими, чуть вкусил прелесть поцелуя, который уже проник будоражащим ядом в кровь, как вдруг…
Громыхнула дверь и раздался разъяренный рык мужского голоса.
— Вот, значит, как ты болеешь, дрянь?!
Василиса вздрогнула, от испуга метнулась в сторону и задела локтем не только дембельский альбом, но и стопку других, семейных. В одном из них промелькнуло фото моего злополучного прошлого.
