Автор
Когда я склоняюсь перед непривычным вопросом жениха, его взгляд становится острее и злее. Угроза удаления заставляет меня чувствовать себя еще более беспомощной. Но теперь я уже не могу молчать, слова выскакивают, словно из воды на солнечный свет — они привносят лишь больше путаницы в ситуацию....
Я намыливаюсь гелем, а когда поворачиваюсь к душу лицом, чтобы его смыть, струи попадают на вершинки моей груди. Я вздрагиваю, как от удара током.
Касаюсь их кончиками пальцев. Соски горят, этот жар растекается по всему телу и пульсирует внизу живота. Мне кажется, что меня ласкают не струи воды, а руки и губы Романа…
Его… нет, моя рука тянется вниз. Туда, где самая сильная пульсация. Я касаюсь трепещущего бугорка и… резко отдергиваю руку.
Да что со мной творится!
Конечно, я знаю, что. Это возбуждение. Настоящее сексуальное возбуждение.
Раньше я плохо представляла, что это такое. Иногда у меня бывало что-то похожее… но недолго и непонятно. А сейчас… Сейчас я ощущаю всю прелесть и муку этого невыносимо сильного желания…
Выйдя из душа, я вижу два сообщения на телефоне. Первое от Романа, второе от моей подруги Сашки.
Я открываю первое."
"“Завтра у нас свидание в ресторане, где нас застукают папарацци. Заеду за тобой в семь, будь готова”.
Похоже, это часть стратегии, о которой он хотел со мной поговорить. Ну что ж, все логично. Мы пара, которая собирается пожениться, значит, должны ходить на свидания. А папарацци нужны, чтобы об этом узнала общественность.
А я ведь до сих пор не спросила Романа, зачем ему нужен этот показной фиктивный брак… Надо спросить. Это любопытно.
Второе сообщение я открыть не успела. Моя нетерпеливая подружка не выдержала и позвонила.
– Артур – козел! – сообщила Сашка сходу.
Это она о своем последнем увлечении, которое длилось на удивление долго.
– Ну наконец-то! – воскликнула я.
– Что наконец-то?
– Ты это поняла.
– Можешь начинать злорадствовать: я же говорила!
– Не буду злорадствовать. Лучше я тебя пожалею. Моя ты бедная девочка! Вечно тебе попадаются какие-то животные. Шли всех лесом и приезжай ко мне.
– А это мысль… – произносит Сашка. – Меня тут почти ничто не держит. Кроме работы, которая все равно не нравится. А у тебя-то как делишки?"
