— Леди, которую я собираюсь сделать графиней Линмутской, — самая красивая женщина в Лондоне. Она богата, и мне не приходится опасаться, что она выходит замуж из-за денег. Ее манеры безукоризненны, она отличная хозяйка, прекрасно управляющаяся и с домом, и с поместьем. Превосходная пара для меня.
Его голос был проникнут такой любовью, что каждое слово впивалось в сердце Скай, точно нож.
— Лишь одно могло помешать браку, — продолжал граф. — Следовало убедить королеву, что никто, кроме этой женщины, не станет моей женой.
— М-меня все это не интересует, господин граф. — Повернувшись, она попыталась его обойти, но он схватил ее и притянул к себе. — Мне нужно идти к гостям, — упрашивала Скай.
Он не обратил внимания на ее слова.
— Леди, о которой я говорю, не англичанка. Она утверждает, что родилась в Ирландии и вышла замуж за испанского купца, а потом овдовела. Так я и представил ее королеве, хотя сам знаю, что это не правда. Эта женщина неизвестного происхождения была захвачена пиратами, но по счастью попала на глаза великому Алжирскому Своднику. Он принял над ней покровительство, а когда был убит, она ускользнула из Алжира со всем его состоянием. Но я ее люблю и хочу себе в жены. Я убедил королеву в правильности своего выбора, и она дала разрешение на нашу свадьбу.
Скай отпрянула от графа, а когда посмотрела на него, ее глаза светились теплым голубым огнем.
— Не знаю, где ты раздобыл эти сведения. Хотя все факты верны, ты все же ничего не знаешь. Да, меня привезли к Халиду эль Бею — так звали моего мужа, милорд граф. Я потеряла память: не могла сказать, кто я такая и откуда родом. Но это ему было не важно. Он мог сделать меня шлюхой в одном из своих домов или своей наложницей. Но он поступил по-другому. Он и в самом деле взял меня под свое покровительство, но, милорд, в качестве жены! Неужели ты мыслишь так узко, что считаешь брак действительным только тогда, когда его заключает христианский священник? Главный мулла Алжира соединил меня с господином Халидом. Я по-настоящему стала женой!
Теперь она ходила по комнате взад и вперед, бордовые шелка юбки рассерженно шелестели. Ее волосы распустились и, когда она резко повернулась, чтобы взглянуть Джеффри в лицо, взметнулись у нее за плечами.
— Моя дочь, сэр, носит христианское имя отца, потому что по рождению он испанец, хотя ему и пришлось бежать из этой жестокой страны от ужасов инквизиции. Полагаю, что даже ты способен эго понять! А в регистрационной книге крестин церкви Пресвятой Девы Марии в Бидфорде ты можешь найти имя Мэри Виллоу Гойи дель Фуэнтес!
Я не могу выйти за тебя замуж, милорд. Будет великой ошибкой мешать мою безвестную кровь с твоей и сводить мое испорченное тело с твоим.