И когда он сообщил ей об этом, спокойно расправила юбку и спустилась в большой зал замка встречать непрошеных гостей.
Когда она вошла, Роберт Дадли испытал мимолетное чувство сострадания: Скай похудела и выглядела измученной. Но несмотря на это, оставалась самой красивой женщиной из всех, каких он только встречал. Черное шелковое траурное платье необыкновенно ей шло, темный чепец делал сердцеобразное лицо на редкость миловидным. Вдовство ей к лицу, подумал Роберт Дадли.
— Милости прошу вас в Линмут, милорд. — В голосе Скай он не различил никакой теплоты.
— В самом деле просите? — игриво переспросил он, целуя хозяйке руку.
— Королева всегда желанный гость в этом доме, а вы, лорд Дадли, — представитель королевы. Надеюсь, мои слуги достойно позаботились о ваших людях?
— Наверное, вы хотите увидеть графа. Но сейчас его светлость почивает. Утром, как только он проснется, я сразу же пошлю его к вам. Сожалею, лорд Дадли, что мы не можем вас должным образом развлечь, но весь дом в глубочайшем трауре. Вы извините меня за это, сэр.
Дадли почувствовал укол гнева. Его отсылали прочь, словно простого слугу.
— Нет, мадам, извинить я вас не могу.
— Но, милорд! — пришла в ярость Скай. — Вы не можете мне отказать в праве утешаться молитвой о муже.
— А разве мужчина во плоти и крови не лучшее утешение? Ее прелестные голубые глаза сделались необыкновенно большими:
— Уж не вы ли? После Саутвуда? — Она расхохоталась. — Если вы хотели меня повеселить, то вам это удалось. Со дня смерти Джеффри я еще ни разу так не смеялась.
Роберт Дадли побагровел:
— Вы испытываете мое терпение, мадам!
— А вы мое! — резко возразила она. — Как вы смеете врываться в мой дом и такое мне предлагать? Безнравственно было приставать ко мне, когда был жив мой муж, но продолжать преследовать меня теперь — просто мерзко!
— Мадам, вы будете моей. — Он заявил ей об этом прямо и открыто.
— Позвольте напомнить вам, что я являюсь опекуном вашего сына.
— Но я всегда смогу увезти отсюда ребенка. И так и поступлю, если вы не согласитесь на мое предложение.
— Я пожалуюсь королеве!
— На что, милейшая Скай? Я сообщу королеве, что вы страдаете ужасной меланхолией после смерти Саутвуда и что ваше настроение плохо влияет на детей. Еще лучше, если дети останутся здесь, а вас я заберу с собой в Лондон. Там каждый из нас изложит свою версию королеве. Как вы думаете, кому она поверит?
— Нет! — До тех пор, пока не пришел ответ на ее последнее письмо королеве, Скай была беззащитна перед Дадли.