Автор
Студентка, мечтающая окончить университет и открыть свой бизнес, сталкивается с загадочным и опасным человеком, который угрожает её будущему. Между ними возникает острый конфликт, полный тайн и неожиданных поворотов. Что хочет от неё «английский гад» и почему он так интересуется её жизнью?
— Какие еще оладьи, Скалкина? — устало выдает, явно думая о чем-то своем.
— Вы вчера мне сообщение прислали, вот я и… принесла.
— Серьезно?! Я, кажется, блины хотел. Ты правда их принесла? — Он, похоже, не верит моим словам.
— Так вы же сами написали… — пытаюсь хоть как-то оправдаться, но теперь по глазам его вижу: шутка это была. Просто дурацкая шутка. Ему нравится меня подкалывать, он кайф от этого ловит. А я… я снова выставила себя на посмешище перед ним. Молодец, Скалка!
— Ну давай тогда свои оладьи, — соглашается англичанин. — Это у тебя привычка такая, да?
— Какая привычка?
— Едой откупаться. Ты ведь так все свои проблемы решаешь, верно?
— То есть? — непонимающе спрашиваю, пока он, уже деловито открыв контейнер, внимательно рассматривает его содержимое.
— Салфетки есть? Руки протереть. Если твои оладьи такие же вкусные, как и блины, съем, пожалуй, парочку.
— Что значит откупиться?! Я никого не покупаю! — протестую я. Иногда он так нагло и несправедливо ведет себя со мной, что у меня весь страх перед ним куда-то исчезает. — Да вы вчера меня без обеда оставили! Сегодня пришлось с утра эти оладьи чертовы готовить! Я не понимаю ваших этих шуток! И я вам не обязана…
— Если не обязана, тогда почему целый таз напекла?
Холодов кивает на горку выпечки, а я вспоминаю, как хотела туда перцу добавить. Жаль, не положила.
— Да потому что… Не знаю… Вы попросили и…
— Вкусные. У тебя определенно талант, Скалкина. Мама учила?
— Мама. Она меня многому научила!
Я так зла на него, на себя, что еле сдерживаюсь. А он ест и ест. Каких два, там уже половины нет! Так он и до горелых доберется.
— И готовить на всю ораву бездельников в общаге тоже?
— Вам-то какое дело? Они мои друзья! Они мне помогают, а я им. Это нормально!
Нельзя, конечно, так разговаривать с преподавателем, который к тому же столько всего о тебе знает, но меня распирает от возмущения.
— Ты сама можешь сдать хоть один экзамен, Тамара? Без того, чтобы списать? Ну или если Дятлова тебе не поможет? Или Козлов за очередной борщ не притащит ворованные билеты к экзамену или курсовую? Тебе так нравится здесь учиться, Тамара? Ты зачем здесь?
Он уже давно не ест мои оладьи, остановился прямо на тех, подгорелых, даже пальцем их не коснулся. Сидит рядом и ждет моего ответа. А что мне сказать?
— Они мои друзья. И меня любят. И пока вы не появились, все хорошо было. Я вам это уже вчера говорила. Зачем вы все рушите? Какое вам дело до меня?
Он молчит, а я его слова перевариваю про Кольку.
