При виде хозяйки она заулыбалась:
– О, ваше сиятельство, видели вы когда-нибудь такой замечательный дом?
– Да, – рассмеялась Нелл, – но никогда не ожидала, что буду в таком жить.
Тут она заметила в дальнем конце комнаты громадную кровать с розовыми шелковыми занавесями, стоявшую на возвышении, и растерянно заморгала. Господи Боже! Это выглядело как взрыв клубничного бланманже! Решительно отвернувшись от кровати, Нелл стала обходить спальню. Она заглянула в гардеробную, которая была величиной почти с ее любимую гостиную в Медоули. Затем Нелл отворила еще одни двери и обнаружила, что смотрит в комнату мужа, и, почувствовав себя соглядатаем, быстро захлопнула створки.
Обернувшись к Бекки, она поинтересовалась:
– А ты сама успела устроиться? Как отнеслись к тебе другие слуги?
– О да, мисс... ваше сиятельство! Все были очень добры. – И с несколько ошеломленным видом добавила: – Только подумать, здесь у них четыре посудомойки! Можете себе представить?
Нелл улыбнулась и ответила что-то невнятное. Жизнь в Уиндем-Холле обещала быть иной, чем в Медоули, но Нелл не думала, что она будет отличаться слишком сильно. Руководство хозяйством, даже таким большим, как у графа, ее не пугало... а вот быть его женой очень страшило.
Она бросила озабоченный взгляд на кровать. Муж вел себя весьма чутко, и она понимала, что большинство мужчин, столкнувшись со строптивой женой, не задумываясь настояли бы на осуществлении своих брачных прав. Джулиан этого не сделал, но теперь, у себя дома, среди своих людей, останется ли он таким же терпимым? Она нахмурилась. И станет ли она возражать, если он поведет себя иначе?
Легкие мурашки предвкушения пробежали по ее спине, когда она представила себе Джулиана в ее постели, целующего ее так, как целовал он ее в ту первую ночь...
Нелл тряхнула головой, отгоняя эти мысли прочь.
Тут внимание Бекки привлекла какая-то суета в гардеробной, и она сообщила:
– Это ваша ванна, миледи. Я приказала ее приготовить еще до того, как поднялась наверх...
Несколько позже, после чудесной теплой ванны, усталая от дороги Нелл приблизилась к кровати. Она отодвинула занавески, осторожно взобралась на матрас и обнаружила, что хотя постель выглядела как клубничный взрыв, она была необычайно уютной и удобной.
Раньше ей казалось, что в незнакомой комнате, в чужой обстановке, она не уснет, но едва голова ее коснулась подушки, глубокий сон завладел ею.
