Автор
Новогодним утром 1990 года, два ребенка были найдены живыми на ступенях алтаря церкви. Сотрудники больницы сообщили, что дети находятся в тяжелом состоянии но остаются стабильными. Полиция усиленно ищет их мать — жену покойного врача, возможно нуждающуюся в помощи. Власти осведомлена об этом скандале у алтаря и внимательно следят за развитием событий....
Себ был готов уверовать в то, что он ей безразличен, но ночи, проведенные вместе, убеждали его в обратном! Он жил ради этих ночей!
– Похоже, теперь мы женаты по-настоящему, – заметил он.
Чего не было бы, не будь она беременна. Мари, уставившись в окно, старалась скрыть боль.
– В конце недели состоится званый ужин, если здоровье тебе позволит.
– Я беременна, а не больна.
– Конечно, – согласился Себ. – Я просто хотел узнать, не откажешься ли ты стать его хозяйкой?
– Думаю, я справлюсь.
Она пожалела о своих словах, гуляя по парку, чтобы расслабиться.
– Так, хватит, – вслух сказала Мари, сделала не сколько глубоких вдохов и распрямила плечи."
"Она справится. Что из того, что ей еще ни разу не доводилось принимать членов королевской семьи и прочих VIP-персон? Разве они не такие же люди, как все? Главное не то, чего человек добился, хотя это тоже заслуживает уважения. Главное все же – его душа.
Мари вошла в дом, где шли последние приготовления к ужину. Ей снова стало не по себе.
Проходя мимо столовой, она невольно замедлила шаг. Длинный стол бы уставлен массивными канделябрами, хрустальной посудой и серебряными приборами. Молодая женщина-флорист, укравшая столовую цветами, увидев Мари, спросила:
– Что-то не так, миссис Рей-Дефо?
Мари улыбнулась:
– Все выглядит прекрасно. Жалко, что у меня нет вашего таланта. Я могу всего лишь поставить цветы в вазу и надеяться, что их естественная красота отвлечет людей от моей неспособности составить букет.
Флорист тепло улыбнулась:
– Я тоже за естественность. Моя задача – добавить несколько штрихов, чтобы раскрыть красоту каждого цветка.
Они поговорили еще немного. Наконец Мари сказала, что больше не будет мешать ей, и направилась к лестнице.
Но только она взялась за полированные перила, как в воздухе что-то неуловимо изменилось, и кожу на шее начало покалывать. Мари повернула голову, уже зная, что увидит Себа. Он переоделся к ужину и стоял возле библиотеки, которую использовал в качестве кабинета.
Ее пальцы сжали перила. Если бы они были любящими мужем и женой, она подошла бы к нему и поправила галстук. Конечно, это лишнее, зато было бы приятно им обоим. А так… Сердце Мари сжалось. Это все гормоны, убеждала она себя. Во всем виноваты они. Женщина отказывалась признать, что она обманывает себя.
Себ видел, как оживление на лице Мари, пока она общалась с флористом, сменилось настороженностью, которую она приберегла для него.
