Автор
Новогодним утром 1990 года, два ребенка были найдены живыми на ступенях алтаря церкви. Сотрудники больницы сообщили, что дети находятся в тяжелом состоянии но остаются стабильными. Полиция усиленно ищет их мать — жену покойного врача, возможно нуждающуюся в помощи. Власти осведомлена об этом скандале у алтаря и внимательно следят за развитием событий....
Неужели не узнаешь папочку?
Глаза ее расширились. Она медленно покачала головой. Этот мужчина не может быть ее отцом…
– Я повторяю свое предложение: вы возвращаете все, что взяли, а я не стану звать службу безопасности.
– Ну надо же, какая принцесса. Да, неплохо ты устроилась. – Мужчина оглядел библиотеку.
– Если вы немедленно не уйдете, я буду вынуждена сообщить вашему работодателю.
Мужчина расхохотался.
– Весь этот маскарад, – он показал на куртку, – лишь для того, чтобы сюда проникнуть.
– Вы не мой отец. – Мари вздернула подбородок.
– Посмотри внимательнее, ягодка.
Мари невольно взглянула на его лицо. Марк… Она сглотнула подступившую к горлу тошноту. У Марка и у этого человека одинаковый разрез глаз и изгиб губ.
– Вот-вот, – кивнул мужчина."
"Мари сжала кулаки и холодно поинтересовалась:
– Что вам здесь нужно?
– Мне что, свою дочь увидеть нельзя?
На помощь Мари пришел спасительный гнев.
– Дочь? Вы не имеете права называть себя моим отцом!
– Да не трепыхайся ты.
Мари стало плохо. Это – ее отец?!
– У меня нет денег.
– Зато они есть у твоего мужа.
– Как вы меня нашли? – спросила она, пытаясь оттянуть время и придумать, как от него избавиться.
Но забудет ли она этот кошмар – еще вопрос.
– Увидел твое лицо в газете и сразу смекнул, что к чему.
– У меня нет денег, – повторила Мари.
– А муж на что? Или ты хочешь, чтобы в газетах напечатали, что твой отец не раз сидел в тюрьме?
Откровенный шантаж возмутил ее.
– Проваливайте отсюда! – приказала она, удивившись, что способна на это.
Глаза вора сузились.
– Похоже, ты не совсем понимаешь.
– Это вы не понимаете, – вмешался Себ, вставая. – Не могли бы вы меня просветить, какой срок положен рецидивисту за шантаж?
Мужчина довольно быстро овладел собой.
– Я здесь всего лишь для того, чтобы повидать дочурку.
Себ приблизился к нему мягкой, пружинистой походкой, всем своим видом внушая страх.
– Нет, не вашу дочурку, а мою женщину, – промурлыкал он, как большая сытая кошка, отчего стал еще опаснее. – Сейчас вы опорожните свои карманы, покинете мой дом и больше никогда не вернетесь. Можете поверить мне на слово, что вы пожалеете, если решите поступить по-своему.
По виду немолодого мужчины было заметно, что его пробрало. Он попятился к дверям, однако, прежде чем выйти, потряс кулаком и пригрозил:
– Это вы пожалеете, когда я всем растрезвоню.
