– Я согласна, – хрипло выдыхаю я.
Дракон скупо кивает и идёт к двери, мне ничего не остаётся, кроме как последовать за ним."
"Мы входим в небольшую спальню, по косвенным признакам я понимаю, что она принадлежит Рагнару. Здесь всё просто, без излишеств – массивная кровать с тёмным деревянным изголовьем, тяжёлые меха на полу, каменный очаг, в котором тлеют угли.
Я стою в дверях, не решаясь пройти дальше. Рагнар тем временем подходит к очагу, бросает туда пару щепок, и пламя вспыхивает ярче. Он не говорит ни слова, просто жестом указывает на ложе.
Я подчиняюсь, машинально сжав пузырёк в руке. Сердце бьётся слишком громко.
Опускаюсь на край кровати и откупориваю крышку. В комнате разливается терпкий, густой аромат какой-то дымной травы.
– Готова? – тихо спрашивает Норд.
Я киваю. Я делаю вдох и залпом выпиваю содержимое. Жидкость обжигает, горчит. Из горла рвётся кашель.
– Ложись, – слышу я дракона, и в следующее мгновение Рагнар подхватывает меня за плечи, помогает аккуратно откинуться на подушки.
И когда темнота начинает сгущаться, а реальность плавиться, как лёд под весенним солнцем, голос Рагнара – последнее, что я слышу.
– Помни, что всё, что ты увидишь, уже было и давно прошло. Тебе просто приснится сон, Анна.
Что-то противно пищит и отдаёт прямо в уши. Я распахиваю глаза и вижу перед собой белый потолок. Во всём теле слабость, сил совсем нет. Понимаю, что пищит медицинский прибор.
– Анна Алексеевна, вы меня слышите?
Это меня зовут? Точно… я же Анна Алексеевна Маркова, тридцати пяти лет от роду. Но почему я больнице? Что со мной?
– Да что же такое? Вы же только что были в сознании! – моей руки касается кто-то.
Я сразу же поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом на полноватую женщину в белом халате. Она врач, точно врач.
– Вы меня слышите? – суетливо повторяет вопрос она.
– Слышу, – машинально отвечаю я, слегка приподнимаясь.
Живот почему-то сильно тянет. Как же больно.
– Ваш сын умер, Анна Алексеевна, осложнения при родах. Мне жаль, но ведь главное, что вы выжили. Сами понимаете, рожать первенца в вашем возрасте… были определённые риски.
Умер? Мой ребёнок? Слова врача буквально разрывают моё сознание.
– Что вы такое говорите? – я вскакиваю я кровати и…
Мир будто схлопывается, я ошеломлённо хватаю ртом воздух и вдруг понимаю, что нахожусь уже не в больнице, а в гостиной нашего с мужем дома. Большого дома, который мы купили буквально полгода назад, когда узнали, что у нас будет долгожданный ребёнок.
Долгожданный для меня, но Иван отнёсся к новости равнодушно. Почему-то я только сейчас это понимаю.