В тихом углу кабинета, где льется мягкий свет из большого окна, стоят два фигуры: женщина в наряде богемной моды и мужчина в черном пиджаке. Улыбка на ее губах зловеща как будто готовая раскрыть давно скрываемые тайны, а глаза – холодны, словно ледяные колючки. Это история о том, как одна женщина ставит другого на место, а сама не замечает, что в их отношениях играет роль и подмётки, и мстительная жестокость....
Твоей вины в том, что они от другого мужчины нет. Я буду растить их, как своих. Стану им отцом. А свои малыши у нас ещё будут.
Я слушаю его слова и внутри всё замирает. Только сильный мужчина способен пойти на такой шаг. Он не боится осуждения общества, не боится слухов, сплетен, кривых взглядов за спиной.
– Спасибо, – говорю я, на мгновение прижимаясь к его груди, а затем маню за собой: – Пошли.
Мы подходим к детской кроватке. Я делаю знак мужу вести себя тише.
– Мы кладём их вместе, – шепчу я, осторожно заглядывая внутрь кроватки.
Две крохотные фигурки лежат рядышком, укутанные в мягкие одеяльца. Оба младенца темноволосы и даже сейчас безумно похожи на отца. Их грудки ровно поднимаются и опускаются в такт дыханию. Всё моё существо сразу же наполняется щемящей нежностью и бесконечной любовью.
Рагнар замирает. Я чувствую, как напрягается его тело. Он молча смотрит на детей, изучая их.
– Близнецы… – глухо повторяет он, почти выдыхая слова.
– Да, – шепчу я. – Рэнгволд и Хельга.
Рагнар склоняется над кроваткой, тенью нависает над малышами. Его пальцы медленно и неуверенно тянутся вперёд, будто он боится спугнуть крошек, и наконец осторожно касаются маленькой ручки сына. Ребёнок чуть шевелится, но не просыпается, прижимаясь к сестре.
– Он дракон, – глухой голос мужа дрожит.
– Я хотела тебе сказать, но так и не смогла, – собираюсь с духом я. – На самом деле не было других мужчин.
Рагнар цепенеет, переводя на меня взгляд.
– Мои? – в этом слове столько восторга, боли, неверия и счастья, что сердце у меня сжимается."
"Я киваю, закусывая губу.
Рагнар опускается на колени перед кроваткой, кладёт ладони на край и, не отрывая взгляда, смотрит на малышей.
– Прости, – шепчет он. – Я должен был с самого начала верить тебе. И в последний год должен был быть с тобой. С вами.
Я тихо присаживаюсь рядом, обнимаю его за плечи.
– Ты вернулся, – говорю я, уткнувшись носом в его шею. – И этого достаточно. А то, что было раньше, уже не имеет значения. Мы были толком не знакомы, всё вокруг было против нас. Разве не чудо, что мы нашли путь к сердцам друг друга?
Рагнар прикрывает глаза, тяжело выдыхая.
– Вот чудо. Перед нами, – улыбается он.
– Я всегда хотела быть матерью, – опускаю голову, всхлипывая. – Я так долго этого ждала.
