В тихом углу кабинета, где льется мягкий свет из большого окна, стоят два фигуры: женщина в наряде богемной моды и мужчина в черном пиджаке. Улыбка на ее губах зловеща как будто готовая раскрыть давно скрываемые тайны, а глаза – холодны, словно ледяные колючки. Это история о том, как одна женщина ставит другого на место, а сама не замечает, что в их отношениях играет роль и подмётки, и мстительная жестокость....
– Вот поэтому я и готова на всё, чтобы изменить происходящее здесь. Я не могу смотреть, как страдают женщины вокруг меня. И не желаю, чтобы мой малыш родился в таких условиях. Я что угодно сделаю, чтобы изменить здешние порядки.
– Лира Анна, – Добромир вцепляется в мои плечи, его руки мелко дрожат, он заглядывает мне в глаза и продолжает со страхом в голосе: – Вы не знаете на что способна эта женщина. Остановитесь! Вы ведь не первая…
– Как я и говорила, жмётся к послушнику, стыдоба! Мы впустили в храм греховницу! – звонкий голос лиры Дарины разносится по саду.
Я поворачиваю голову и вижу, что на нас теперь смотрят все старые девы, которые до этого работали в саду. Но что самое ужасное – Рагнар.
Он стоит рядом с Дариной и прищурив глаза наблюдает за нами. Я только сейчас понимаю, что мы действительно стоим с Добромиром слишком близко друг к другу. Послушник мигом отпускает мои плечи и делает шаг назад, увеличивая расстояние. Рагнар свирепо глядит на нас двоих. К своему ужасу я вижу, как по его щеке идёт рябь драконьей чешуи.
Сглатываю вставший в горле ком. Я порой забываю, что он не человек. Чудовище…
Но оправдываться не собираюсь. Лишь выше поднимаю подбородок и смотрю в жёсткие, полные злости глаза Рагнара, который размашистым шагом направляется в нашу с Добромиром сторону.
***
Анна
Лира Дарина спешит за драконом с довольной улыбочкой на лице. Видно, что происходящее безумно ей нравится."
"– Обхаживаешь местных красоток? – Рагнар становится между мной и Добромиром, нависая над беднягой послушником.
Я бросаю острый взгляд на лиру Дарину, не скрывая своего презрения. Как ей не стыдно? Она привела сюда Рагнара и даже не попыталась встать на защиту Добромира. Она жестока не только к старым девам.
– Мы просто разговаривали… – в голосе послушника растерянность.
Я вспоминаю, что теперь от моего бывшего жениха зависит получит ли Добромир должность в храме и мне становится стыдно. Из-за меня он может лишиться всего.
– Он ничего не сделал. Просто пытался утешить меня. Я немного разнервничалась.
Правду я сейчас ему сказать не готова. Что-то мне подсказывает, ему не понравится, что я хочу фактически бросить вызов наставнице.
Чувствую, как рука дракона напрягается под моими пальцами. Он поворачивает голову и впивается в моё лицо злым взглядом. Я задерживаю дыхание, молясь всем богам, в том числе и Морене, чтобы всё обошлось.
