Автор
В усеянном шепотом зале словно закрылась жизнь героини. Всё вокруг переплетается в мутный белый шум, затмевая смысл слов на сцене. Жизнь, которую она деликатно охраняла для мужа, разбита как карточный домик. Теперь она видит дымку позора над своим миром, а риторика зала уплывает в гущу воздуха....
— А меня зовут Амина.
— Очень приятно, — стараюсь улыбнуться, но мне становится крайне не по себе. — А где Таир?
— Ой, он в доме. Разговаривает по телефону. Кажется, у него там что — то срочное.
— Мам, ну можно мы с папой пойдем поиграем? — начинает просить один из детей.
— Я же сказала, он занят, — строго отвечает Амина. — Позже.
У меня внутри все обрывается.
Так вот почему Салманов не хотел, чтобы я приехала с мамой. Вот о какой семье говорил. Внутри становится так горько и больно.
Дурочка, и на что только понадеялась? Он же сразу сказал, что наш брак — это просто бизнес.
Вижу, как на крыльце появляется Таир. Замечает меня и, едва заметно кивнув, направляется к нам. Амина ловит мой взгляд, направленный ей за спину, оборачивается.
— Таир, мы будем в беседке, — говорит она и, взяв мальчишек за руки, уводит за собой, хотя те постоянно оборачиваются на нас.
Наверняка уже ревнуют отца ко мне. Еще бы — приехала тут незнакомая тетка.
— Хорошо выглядишь, — говорит Таир зачем — то.
Мне стоит поблагодарить за комплимент и лишь потом заводить разговор о том, что меня волнует — аккуратно, не в лоб. Все, как учила мама. Но вместо этого я выпаливаю:
— Я буду второй женой, да?
Таир хмурится непонимающе. Затем переводит взгляд мне за спину — туда, куда ушла Амина с детьми.
— Что за бред?
— Ты поэтому пригласил меня, чтобы сказать, что у тебя есть еще семья?
Мой голос позорно дорожит. Я не должна показывать своих эмоций. Надо радоваться, что в принципе есть шанс смыть клеймо позора, которое получила вся моя семья.
— Это действительно моя семья, — медленно отвечает Салманов. — Моя невестка и племянники. Ее муж — мой брат — сейчас занят. Но чуть позже ты познакомишься с ним.
— Брат?"
"— Именно. Никакой другой жены у меня нет. И не планируется.
Я слышу в его интонациях легкую насмешку. Это задевает. Но по всему выходит, что я сама виновата. Так что претензии предъявлять или обижаться неуместно.
— Прости, я…
Таир вопросительно приподнимает бровь.
— Я была неправа. Мне очень жаль, что я позволила себе лишнее.
Салманов подходит чуть ближе, приподнимает мое лицо за подбородок и внимательно разглядывает.
— Ты всегда такая покорная, да, Аиша?
— Это плохо?
— Я собираюсь встряхнуть этот город. Подмять его весь. И мне нужен крепкий тыл дома. Поэтому вопрос — ты со мной? Вывезешь это?
Я не знаю правильного ответа.
