– Госпожа Эванс, – лакей особо сделал акцент на фамилии, которой я представилась, видимо, намекая, что я всё ещё Госпожа Райдер и немножечко приврала.
– Господин Мэллори интересуется всем, что происходит в жизни его брата, так что боюсь, я не смогу убрать листовку.
Я замерла, пытаясь собрать мысли в кучу.
Мэллори незаконнорожденный ребёнок, который с детства пробивался сам. Это я помнила.
Неужели он и Аарон братья по отцу? Не может быть! Не может!
Он взял фамилию матери? Как же так получилось?
Внезапно дверь кабинета распахнулась. Будто тигр свою пасть разинул.
Я вздрогнула и замерла. Такого поворота я не ожидала.
Вопреки моим опасениям из двери вышел не брат Аарона, а красивая молодая брюнетка лет двадцати пяти. Её платье было дорогим, явно сделанным на заказ из лучших тканей, которые только можно было найти в столице. Алый цвет выгодно оттенял её смуглую кожу и ореховые глаза. Драгоценности блестели в свете ламп, как и умело подкрашенные блестящей помадой губы.
Она смерила меня пристальным оценивающим взглядом, затем пренебрежительно хмыкнула и пошла прочь, стуча каблуками.
Любовница его что ли? Видимо, я не показалась ей хоть сколько-нибудь достойной внимания.
– Прошу вас, входите, леди Эванс, – поторопил меня лакей, придерживая дверь.
Я осторожно ступила в кабинет. Но там никого не было!
Лишь слева была приоткрыта дверь, ведущая в соседнюю комнату.
Лакей прошёл и сложил прессу и корреспонденцию на огромный дубовый стол, стоящий посередине. И указал мне на кресло для гостей.
– Присаживайтесь, Господин Мэллори сейчас будет.
Я облизала пересохшие от страха губы и опустилась на твёрдое кресло, обшитое шикарной тканью тёмно-коричневого цвета. Сложила руки на коленях и переплела пальцы.
Лакей вышел, оставив меня в одиночестве.
Я покосилась на приоткрытую дверь. Там было тихо.
От скуки я решила осмотреться получше.
Комната была оформлена в тёплых оттенках. Дерево и камень – простые материалы, но сочетались между собой безупречно.
Я повозила носком туфли по пушистому бежевому ковру – красота. И тоже стоит баснословных денег.
Целую стену кабинета занимали книжные полки, достающие до самого потолка. Должно быть, нужно подставлять лестницу, чтобы достать до верхних полок. Мне хотелось посмотреть, что там за книги, но я сдержала неуместный порыв. Было бы неловко, если бы Господин Меллори вошёл, а я копалась в его вещах.
На столе прямо передо мной стояла костяная чернильница, пару перьев и ежедневник в кожаном переплёте. Интересно, почему перья, а не ручки? Любит классику?
На столе был ещё какой-то предмет в виде квадрата, возможно, магический. Но его назначения я не понимала.
В целом атмосфера была пропитана аурой сдержанной роскоши и успеха. И я себя чувствовала здесь неуютно.