В темном помещении чудовищной жары, из которого лишь слабым светом просвечивало крохотное окно, на нее смотрел незнакомец. Сердце колотилось так сильно, что казалось вот-вот выпрыгнет из груди. Она находилась в ужасной ловушке – где-то здесь происходило дикий разбойное нападение....
– Она наша госпожа, тем более старшая леди Эванс укатила.
Персивальд почесал в затылке, но потом согласно кивнул.
Мы с ним прошли сначала в просторную столовую, в которой тоже почти не было мебели. Лишь шкаф, пару картин, большой стол и четыре стула.
Персивальд подвёл меня к портрету, висящему на видном месте, и молча стал рядом.
Сначала я не поняла в чём была причина такой странной реакции обитателей «Драконьего сердца» на вопрос об отце. Но едва пригляделась к величественному мужчине, который строго смотрел на меня с портрета, чуть не осела на пол от понимания.
Я выстояла и повернулась к Перси.
– Он… монарх… король? – спросила я, вперив взгляд в корону на голове и скипетр в руке мужчины на портрете.
Персивальд молча кивнул, поджав губы.
Но судя по тому, что моя мать укатила с любовником…"
"– Я бастрад, – догадалась я. – Незаконнорожденная дочь монарха.
– Видать ты хорошенько приложилась головой, Пухляшка Мариш… то есть леди Эванс.
– Это точно, приложилась будь здоров, – по инерции ответила я, всё ещё разглядывая красивого черноволосого мужчину лет тридцати пяти.
Вот он каков отец Мари. Наверное, сейчас он постарше. Но ему явно нет дела до дочери, раз он хотел спихнуть её на такого козла, как Аарон. И судя по всему, помогать отец-король тоже не собирался.
Нужно узнать, что же произошло на свадьбе!
– Прессу вы особо не читаете? – спросила я Перси, вспомнив, что Милли не дала мне прочесть статью.
– Читаем! Раз в месяц на почту захаживаю, беру пару газетёнок. Образованные мы, знаем, что в миру творится, – гордо ответил он.
– Мне нужно завтра. Пресса за последнюю неделю.
Перси пожевал губу, а потом согласно кивнул:
– Коли надо, схожу, принесу.
Вскоре Грейс повела меня на кухню.
Пол был устлан плиткой с замысловатыми узорами, на стенах была явно не дешёвая мозайка, даже время её не испортило. Повсюду стояли медные кастрюльки, чаны и прочая посуда.
Запах сытной еды заставил мой живот тихонько заурчать.
Я посадила дрогончика на стол, предварительно подстелив какую-то старую тряпку. Он сначала сжался в комочек, обернувшись хвостом, а затем вытянул шею, с любопытством осматриваясь.
При свете он оказался скорее тёмно-коричневым, чем чёрным. Я бегло осмотрела дрогона.
Можно было бы предположить, что он относится к классу пресмыкающихся, но небольшие крылья меня смущали. Конечно, на Земле тоже существовали крылатые ящерицы.
