В темном помещении чудовищной жары, из которого лишь слабым светом просвечивало крохотное окно, на нее смотрел незнакомец. Сердце колотилось так сильно, что казалось вот-вот выпрыгнет из груди. Она находилась в ужасной ловушке – где-то здесь происходило дикий разбойное нападение....
Чувствовать его каждой клеточкой своего тела.
Мы тонули в нежности и любви. Мгновения боли прошли, и я уже сама подавалась навстречу, впиваясь ногтями в мужские плечи. Хотелось ещё глубже, ещё сильнее. И в какой-то момент я поняла, что терпеть уже просто невозможно. Внутри что-то нарастало, ощущения были настолько неотвратимо приятные, что казалось, будто сейчас взорвусь.
И мир разлетелся на сотни маленьких осколков, сладкие волны пробежали по телу, пульсируя внизу живота.
Даррен прикусил болезненно-сладко вершинку груди, и я почувствовала, как он сам рыча делает несколько впечатывающих движений, прижимая меня к кровати ещё сильнее.
Я коснулась губами его подбородка, неторопливо целуя. Лёгкая щетина слегка колола губы.
– Моя лисичка, – прошептал мой дракон с такой нежностью, что у меня разлилась теплота в груди.
Я почувствовала пустоту внутри себя, когда Даррен покинул меня, и протестующе шлёпнула его.
– Тебе надо отдохнуть, – улыбнулся он, привставая с кровати. – Подожди.
Он встал, а я, поражаясь своей наглости, любовалась сначала крепкими мужскими ягодицами и мощной спиной, а потом, когда он развернулся ко мне, кубиками на животе и… тем что было пониже тоже.
Даррен опустился на колени возле кровати и взял мою руку, надевая на палец кольцо:
– Теперь ты моя. Никуда не денешься.
– Ну да, ведь ты меня обесчестил. Какой стыд… матушка была права. Всё-таки ты меня развратил.
Мы счастливо рассмеялись, наслаждаясь упоительными мгновениями близости.
Потом долго лежали на кровати, болтая о ничего не значащих вещах.
А затем, когда Господин Дракон уснул, я легла на бок, чувствуя, как внутри трепещет нежность.
В который раз поняла: правду писал Экзюпери, что зорко одно лишь сердце. Нас с Дарреном ведь сразу тянуло друг к другу, даже не видя лиц, не зная имён. Но столько пришлось пережить, чтобы выцарапать у судьбы своё маленькое человеческое… а может и драконье счастье!
Я лежала улыбаясь.
Эпилог
Спустя год
Я сложила в мешочек: крем для лица, новый костяной гребень и ароматическое масло. Добавила три книги, на всякий случай. Вряд ли матушка будет их читать, ну а вдруг…
Напоследок положила пару баночек мармелада, сделанного из петты. Грейс передала. У неё теперь был свой магазинчик прямо в центре столицы.
