Старшему из ее четырех детей не исполнилось еще и пяти лет, и в то время как один из двоих Бердсли — или, скажем прямо, один из двух ее мужей — занимался хозяйством, а другой охотился, рыбачил или ставил силки, Лиззи выполняла практически всю тяжелую работу по дому в одиночку. Кроме того, ей приходилось кормить новорожденного, готовить и присматривать за остальными детьми.
— Тут у любого голова пойдет кругом, — произнесла я вслух. После нескольких минут в хижине Бердсли голова закружилась даже у меня.
Я услышала шум и голоса в коридоре. Значит, мистер Кромби закончил свои дела с Джейми. Говорили они достаточно миролюбиво.
Интересно, кто прочтет мои заметки? Не только медицинский журнал, но и маленькую книжку по домашней медицине, которую я выпустила в Эдинбурге пару лет назад: помимо прочего она включала полезные советы вроде важности мытья рук и тщательной готовки пищи. В журнале содержались более ценные сведения: записи о производстве пенициллина (пускай и примитивном), рисунки бактерий и патогенных микроорганизмов с кратким изложением Теории Микробов, инструкция по применению эфира в качестве анестетика (сейчас его в основном употребляли внутрь как средство против морской болезни) и…
— Вот ты где, саксоночка. — Джейми просунул голову в хирургическую, и выражение его лица заставило меня тут же захлопнуть справочник и выпрямиться.
— Что еще случилось? — спросила я. — Кто-то из Кромби попал в беду? — Поднявшись на ноги, я уже мысленно перебирала содержимое своей аптечки, однако Джейми покачал головой. Войдя, он осторожно затворил дверь.
— Все Кромби живы и здоровы, — заверил он меня. — Как и все Уилсоны и Бейки. И Грейги.
— Что ж, хорошо… — Я снова опустилась в кресло-качалку. — Что тогда нужно Хираму?
— Ну… — произнес Джейми, состроив неопределенную мину. — Фрэнсис.
* * *— Господи, ей же только двенадцать! — воскликнула я. — Что значит — он просит позволить его брату за ней ухаживать? О каком брате вообще речь? Я не знала, что у Хирама он есть.
— Ну да. Вернее, единокровный брат. Сайрус. Высокий, похожий на переросший стебель ячменя. Его прозвали a’ Chraobh Ard[141]. У тебя тут не найдется чего-нибудь выпить, саксоночка?
— Ах вот ты о ком… — Я махнула на черную бутыль со зловещим изображением черепа и скрещенных костей, нарисованных мелом. — Это ревеневый джин. A’ Chraobh Ard? — улыбнулась я вопреки обстоятельствам.
Упомянутый молодой парень — очень молодой, вряд ли ему больше пятнадцати — и правда был высоченный, на дюйм-другой выше Джейми, но тоненький, словно ивовый прутик.
— О чем только думает Хирам? — поинтересовалась я. — Его брату явно еще рановато жениться на ком-либо, даже будь Фанни девицей на выданье, а это не так."
"— Да.