— Так не бывает.
— Я уже объяснил причину.
— Олег, прекрати.
— Ты хочешь, чтобы он вышел? — спрашивает мрачно. — Или продолжишь плясать под дудку этого мутного деда? Зря ты настолько сильно доверяешь Августу. Думаешь, твой муженек идеален? Не мог ошибиться?
— Вопрос не в этом, — хмурюсь.
— А в чем тогда? Я показал тебе конкретные факты. Доказательства, причем они явно свидетельствуют о затягивании процесса. Дай мне права. Подпиши документы. Что ты теряешь? Я же не предлагаю отписать мне собственность, не лезу в бизнес. Мне нужна возможность защищать интересы твоего ублюдка. Все. Ничего другого не прошу.
— Август обещал решить проблему, — заявляю сдержанно. — Еще несколько дней и можно будет внести залог. Вряд ли ты справишься быстрее, а мое настроение он понял, точно не станет рисковать и тянуть дальше.
— Да он будет тянуть до упора! — выпаливает Олег. — Такое получил задание. Стой, выходит, ты доверяешь ему больше, чем мне? Серьезно?
— Речь не про доверие.
— Неужели? — кривится. — Думаешь, я лгу? Подставу замышляю? Черт, Юля, да я всю жизнь тебя защищал. Все ради тебя делал. Всегда. Вытяну я этого урода, вытяну и выведу на чистую воду. Покажу его настоящее лицо. Надеюсь, поймешь гнилую породу.
— Ты не выносишь Рустама, — роняю глухо. — Ненавидишь его всеми фибрами души. Как ты представляешь его защиту?
— Юрист не обязан любить своих клиентов. Воры. Насильники. Убийцы. Разницы не существует. Это работа. Бизнес. Личные эмоции можно подавить. Нет необходимости обожать преступников, чтобы представлять их интересы в суде.
— У тебя даже голос меняется, когда речь заходит о моем муже. Искры из глаз летят. Олег, я же вижу. Твою реакцию нереально скрыть. Я не могу вообразить, как ты вдруг защищаешь Рустама в суде. Ну фантастика. Правда.
— Поставь подпись, — брат кладет передо мной документы. — Лично увидишь. Я справлюсь, иначе бы не предлагал. Я же в курсе, стоит облажаться — не простишь.
— Допустим, — просматриваю бумаги. — Но я все равно должна подумать.
— О чем?
— Не дави на меня, пожалуйста.
— Решай, — разводит руками. — Я заткнулся. Хочешь поскорее увидеть этого подонка? Тогда я — твой единственный вариант. Хочешь, чтобы он сдох в тюрьме? Такой расклад меня слабо печалит. Просто потом вспомнишь мои слова. Увидишь, кто был прав.
Олег уходит, а я прикрываю глаза и откидываюсь на спинку кресла, верчусь вокруг своей оси, будто жду озарения свыше. Только ничего не происходит. Замираю, приоткрываю веки, тупо смотрю прямо перед собой.
Огромная карта занимает большую часть стены. Эффектно сделано. Под старину. Или это антиквариат? Сомнительно. Приглядевшись, вижу, что названия государств совпадают с нашей действительностью. Карта очень детальная.