– После обследования мы ввели ей пятипроцентный раствор глюкозы, – добавила врач.
Раствор повышал уровень сахара в крови и снабжал мозг энергией.
– Она уже при поступлении была без сознания? – спросил он.
Врач-ассистентка помотала головой.
– Только последние полчаса.
– И вы меня не вызвали? – Гроен взглянул на дисплеи приборов, затем на синие руки пациентки, поднял одеяло и увидел такие же синие ноги.
– Мы обработали резаные раны на животе и остановили сепсис. А также ввели препарат против тромбоза.
– Да, – пробормотал Гроен. Но все равно было неясно, выживет ли пациентка. Ее кровообращение оставалось нестабильным, и в настоящий момент было не похоже, что ситуация улучшается.
– Подготовьте еще одну капельницу, – распорядился он, приняв решение о дальнейших действиях. – Мы переведем ее на искусственное питание. Специальный питательный раствор с аминокислотами, электролитами и витаминами. Больничная аптека должна подготовить соответствующую смесь.
– Вы действительно считаете, что это необходимо?
– Да. И поставьте ей еще вторую капельницу с жирами. Срочно! – Гроен снова посмотрел на мониторы.
Он подумал об убитой сестре Ханны и полицейском перед дверью. Интуиция подсказывала ему, что в случае Ханны Норланд речь идет не об обычной жертве насилия. Эта женщина что-то знала, поэтому было особенно важно ее спасти.
Сабина и Снейдер наконец-то вышли из самолета и прямиком направились к пункту выдачи багажа. Сабина пристроила свою сумку рядом с бетонной колонной.
Снейдер стоял рядом, потирал глаза и ждал, когда транспортерная лента придет в движение. В какой-то момент он схватился за колонну.
– Вам нехорошо? – спросила Сабина.
– В глазах потемнело, – коротко ответил он.
– Вам следовало послушать врачей и остаться в больнице.
– А потом голландская уголовная полиция задержала бы меня еще на пару дней.
– Кстати, вам вернули ваш пистолет?
– Вы шутите! – Снейдер помотал головой. – Это будет мучительный бюрократический процесс – и в конце пистолет навсегда останется в камере вещественных доказательств. – Снейдер снова оперся о колонну и, лишь когда транспортерная лента поехала, сделал несколько шагов вперед, чтобы не пропустить свой чемодан.
Если он будет продолжать в том же духе и не щадить себя, однажды он просто не выдержит. Тогда каждый – несмотря на недостаток сна или кластерные головные боли – будет винить в этом марихуану. А у Хесса появится причина, чтобы окончательно убрать его из БКА.
