Чуть позже я тоже немного подремала, а когда проснулась, радио шипело. Водитель убавил звук.
– Здесь уже не ловит, – пожаловался водитель.
– А давайте споем? – предложила я.
– Еще чего не хватало, – фыркнула Ирма.
– Давайте! – поддержал меня водитель. – А то я за рулем уже засыпаю. Только что-нибудь новогоднее – для поднятия праздничного духа, как говорится.
Настя не имела ничего против, тем более что пела она прекрасно. Степа тоже не возражал. Только Ирма демонстративно отвернулась к окну, а когда я первой затянула: «Осты-ыли реки-и и земля осты-ыла…», даже демонстративно закрыла ладонями уши.
– И чуть нахохлились дома! – подключилась ко мне Настя.
Продолжение куплета мы уже пели с ней хором:
– Это в городе тепло и сыро, это в городе тепло и сыро, а за городом зима, зима, зима!
Мы с Настей переглядывались и улыбались друг другу. Так здорово звучали в унисон. День был хоть и ветреным, но солнечным и снежным. А когда в припеве вступил Степа, Настя чуть не выронила из рук телефон. Затрубил внезапно: «И-и-и уно-о-о-ос-и-ит меня-а!» – так громко, что наш водитель от неожиданности крутанул руль и едва не съехал на обочину.
Мы с Настей в полном замешательстве перестали петь, поэтому Степа горланил теперь один, не попадая в ноты: «Три белых коня, эх! Три белых коня… Декабрь, январь и февра-а-аль!»
Когда он закончил, я ошарашенно спросила:
– Что это вообще было?
– Думала, мы лося сбили! – добавила Настя.
– А мне понравилось! – ничуть не смутившись, довольно сказал Степа. – По-моему, хорошо получилось. Громко!
– Не слушай этих двух гадюк, Степочка, – подключилась Ирма. – Им лишь бы свое «фи» по любому поводу высказать…
Настя взялась было спорить, кто тут еще выступает с «фи», но я ее остановила. Не хватало еще рассориться перед выступлением. Корпоратив – дело ответственное. Тем более на такое мероприятие мы ехали впервые.
По пути мы сделали небольшой привал. Водитель завез нас в придорожное кафе. Это было очень кстати: я, например, уже успела изрядно проголодаться. Все, кроме Ирмы, накинулись на еду. Мы с Настей взяли пирожки с капустой, а Степа чебурек и несколько сосисок в тесте. Ирма же ограничилась одним кофе.
– А ты почему не ешь? – с полным ртом спросил Степа.
Мы с Настей переглянулись.
– Чебурек из кошки? Нет, спасибо. Я лучше после работы с чистой совестью поем.
Мы-то знали, что и после работы Ирма вряд ли станет наедаться. А вот Степа озадачился другим:
– Из какой еще кошки? – спросил он, разглядывая свой чебурек.
