– Пусть знает, что дело серьезное, – отрезала я.
– Ты ведь тоже в этом дебильном клубе? – спросил у Сидра Егор. – Знаешь про Принца Датского?
Сидр немного замялся, но потом выдохнул:
– А тимофеевские при чем? Вы на спор к ним сунулись?
Тимофеевскими называли нашу местную мафию, главарем которой был Владимир Тимофеев. Настоящие отморозки. Пересекаться с ними мне, слава богу, не доводилось, но, разумеется, я наслышана об их деятельности из местных новостей и от дедушки, который у нас в курсе всех городских событий. Не дед, а сводка криминальной хроники.
– Мы поспорили, сможет ли кто-то их тачку угнать, – наконец признался Сидр. – Вадик больше всех понтовался. Как раз в тот вечер со своей новой телкой гулял, решил на нее впечатление произвести.
Телка – это ж я… Сидра я видела впервые в жизни, но даже если бы мы пересекались в одной компании, вряд ли бы он меня узнал в этом нелепом костюме. Когда до меня дошло, что мы пусть и на время, но все-таки угнали машину местной мафии, сердце от страха чуть не разорвалось. Но самое неприятное ждало впереди…
– Тачка там, конечно, полный фарш, – восхищенно продолжил Сидр. – Новый «гелик», белый кожаный салон, 585 лошадиных сил. И если б эти идиоты его не поцарапали…
Корней тут же недовольно покосился на меня.
– Чего-о? – от неожиданности завопила я. Сидр даже подпрыгнул на месте. – Чью тачку поцарапали? Тимофеевских?
Когда Вадим успел? Наверное, после того, как отвез меня домой. Я вспомнила свое восхищение той сумасшедшей поездкой, и мне стало стыдно. Получается, я настоящая преступница, хоть мы и угнали машину у бандюгана похлеще… Вор у вора дубинку украл.
– Ну да, – совсем растерялся Сидр, – поцарапал Вадим со своей телкой.
– Ты можешь не называть девушек телками? – поморщилась я. – Теленок!
Сидр удивленно захлопал глазами.
– Сильно поцарапали? – спросил Корней. Он сразу же понял, в чем дело. Наверное, меня еще и в соучастницы записал. А если тимофеевские и за меня возьмутся? Я заерзала на сиденье, поменяв положение. За меня двести штук точно никто не заплатит. Дед не из тех пенсионеров, кто откладывает на черный день, а потом отдает накопленное за годы мошенникам. Он еще тот транжира: тратит сразу, балуя меня и маму, потому что «жить надо красиво», а на тот свет он еще не собирался. Да и мы его не торопили.
– Да черт его знает, я не видел, – пожал плечами Сидр. – Но бахнули ее не на скорости. Этот баран на ручник забыл поставить. Она в итоге покатилась, бочиной забор протаранила.
