- Так и знала, Володар, что ты мне изменяешь, - шипит рыжеволосая фурия, одетая в пышное розовое платье с белой кружевной отделкой.
- Побойся Богов, Бригитта, - отмахивается супруг и нервно лохматит короткие каштановые волосы. – Нахальная Эльда сама запрыгнула на колени.
- Угу, - отвешивает подзатыльник, неистово сверкая зелеными глазищами. – А ты сразу распустил руки и ощупал ее тощие прелести.
- Там и жамкать-то нечего, - открещивается мужичок, пойманный на горячем.
- Порассуждай мне еще, - горделиво поправляет пышное богатство, аппетитно выглядывающее из глубокого декольте. – К тому же я отчетливо видела, с каким блаженным видом ты оглаживал Яркину задницу во время танцев.
- У кумы такие объемные бедра, что рука невольно соскользнула, - оправдывается ловелас.
- А ты и рад, - бухтит жена. – Не поэтому ли вернулся в таверну под утро весь в соломе?
- Перепил на празднике, дорогая, - бормочет ходок. – Зашел проведать лошадку. Ковырнулся и уснул в деннике. Уж больно забористым оказался эль, который бесплатно разливали на площади.
- Скажи-ка, любезный муж, с какой стати ты после пробуждения трапезничал в объятиях подавальщицы? – упирает руки в бока.
- Тебе показалось, родная. Я встал с тяжелой головой и мучился от похмелья. Спустился в зал, занял место в уголке и заказал похлебку. А официантка поставила заказ на стол и споткнулась. Пришлось подхватить неумеху, чтобы не расшиблась.
- Клянусь, так и было! Я не виноват, что распутные девки сами валятся в ноги.
На этой фразе мое многострадальное голенькое тельце срывается вниз и под вопль: «Я же говорил!» – приземляется прямо на колени…
Мое многострадальное голенькое тельце срывается вниз и под вопль: «Я же говорил!» – приземляется прямо на колени… прикрытые розовой юбкой.
- Здравствуйте! – выдыхаю в рыжую макушку. – Спасите меня от мужчин, пожалуйста!
Бригитта ошеломленно таращится на сочные холмы, раскинувшиеся перед зелеными очами. Судорожно сглатывает. Несколько раз крепко зажмуривается и вновь распахивает глаза.
- Это какие же наглецы тебя оголили и засосов наставили?! – взвывает новая знакомая не хуже пожарной сирены. – Совсем совесть пропили охальники! Володар, хватит коситься. Останавливай повозку и доставай купленную ткань.
Он моментально спрыгивает и буравчиком зарывается в гору перевозимого добра.
- Спасибо, - сползаю с колен спасительницы, присаживаюсь рядом и застенчиво прикрываю ладошками самые злачные места.
- Ты откуда свалилась на нашу голову, горемычная? Говоришь чудно.