С виду все нормально. Но мне известно, что и где искать. Так и есть. Дыра и сундук. Слышу приближающиеся голоса. Человек пять-шесть тихо переговариваются. Через главный вход теперь точно не проникну.
Отчаянно упираюсь в попытке сдвинуть тяжеленный ящик. От поддается, но весьма неохотно. Проскальзываю головой и руками внутрь. Отчаянно кручусь в попытке протащить остатки тела.
И в этот момент в шатер влетает измученный жаждой Максимилиан. Подхватывает графин. Наливает стакан и подносит губам.
Судорожно принюхиваюсь и замираю от ужаса. Надо истошно вопить «Нет!!!» Но нельзя. Там пумы за пологом.
А я застряла и не могу отобрать пойло! Что же делать?!
Слышали про примету: желаешь выйти замуж, запасись мужскими тапками? Знающие дамы рассказывают, что лучше кожаными. Их надо поставить в прихожей и терпеливо ждать, когда счастье позвонит в дверь.
Стать женой Максимилиана я, безусловно, хочу. И к неописуемой радости близ сундука нащупываю какой-то ботинок. Ему и приходится выступить в роли спасителя будущей семьи. Потому что запах, подозрительно похожий на валериану, активно распространяется по жилищу.
Метким стрелком никогда себя не считала, но выбить стакан из рук удается. А заодно и влепить нареченному хорошенькую затрещину за подпорченные нервы.
И пусть альфа лишен нюха, но с реакцией у мужчины полный порядок. Моментально просчитывает траекторию полета снаряда и подбегает ко мне.
Приходится шокировать везунчика во второй раз. Пока он благородно помогает даме просочиться в шатер, я притягиваю его за уши и смачно облизываю губы, нос, подбородок и даже щеки.
Добыча недоуменно трепыхается в цепких женских ручках. Вытаращенные янтарные глазки полыхают недоумением и тревогой. Сразу видно, волнуется за психическое состояние невесты. Которая, между прочим, с ума сходит от беспокойства за его здоровье и пытается удалить с лица опасную жидкость.
При этом вслух не произносится ни единого слова. Мы оба соблюдаем полнейшую тишину и внимательно прислушиваемся к происходящему снаружи. Максимилиан неоднократно пытается перехватить инициативу и завладеть моими губами. Потом, наконец, смиряется. Принимает происходящее за таинственную иномирную игру и подчиняется ее правилам. Потому что ничем иным мое неадекватное поведение объяснить не в состоянии.
Зато попрощавшиеся с провожатыми Меркуцио и Микеле молниеносно доводят до друга самую суть. Два витиеватых матерных мяуканья, судорожное принюхивание, выпученные изумрудные очи первого и голубые второго, действуют на чудом спасшегося брюнета гораздо эффективнее долгих разговоров.
- Возбуждающее зелье? – шепчет неверяще. – Оно уже лет десять под запретом и нигде не продается.
- Представляешь, что могло произойти, если бы Марика не пришла? – возмущается Лео.